Классы
Предметы

М.А. Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Романом «Мастер и Маргарита» увлечено огромное количество людей. Почему нам нравятся непростые и даже плохие герои, нарушители правил и границ? В чём секрет обаяния зла? Что ему может противостоять? Ответы на вопросы – в опыте прочтения романа «Мастер и Маргарита» М. А. Булгакова.

Притягательность зла

Речь пойдёт о романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита» (см. рис. 1). Это такой роман, который ещё нужно решиться впустить в себя. Ведь волей-неволей читатель начинает жить той жизнью, в которую его завлекает автор, причём так искусно, что сначала это и незаметно. Ведь не зря это всемирно признанный литературный шедевр.

Рис. 1. Кадр из кинофильма «Мастер и Маргарита» (2005 г) (Источник)

После прочтения остаются некоторые вопросы: литературный шедевр – это средство, а что же в нём такого? Почему им были так увлечены в определённое время в нашей стране, особенно молодёжь? И здесь важным оказывается такое понятие, как обаяние зла. В качестве примера можно рассмотреть реальную ситуацию: девочке двух лет мама рассказала сказку про непослушного ёжика, в которой ёжик не слушался маму, делал всё не так, провоцировал какие-то сложности:

«Но однажды ёжику надоело слушаться маму, и он решил стать непослушным.

“Сынок, иди набери грибочков”, – попросила мама.

“Не пойду я”, – ответил грубо сынок.

Мама пошла и набрала красивых и больших грибов, и засушила их на зиму.

“Сынок, иди набери яблочек. Я тебе пирог испеку”, – опять попросила мама.

“Не хочу я и не буду набирать”, – вновь ответил громко сынок».

Отрывок из сказки про непослушного ёжика

Закончилось, конечно, всё хорошо – все вернулись домой. Но с тех пор эта девочка вот уже полтора года каждый день просит рассказать ей сказку про непослушного ёжика, причём так, чтобы у него была большая непослушность.

Детям нравится Карлсон (см. рис. 2), который сам по себе довольно хамовитый парень, нарушающий все правила приличия. Они в восторге от мультфильма «Маша и Медведь», в котором тоже главная героиня тоже девчонка непростая. Почему у детей возникает любовь к плохим героям?

Рис. 2. Б. Илюхин. Марка России (1992 г.) (Источник)

Причина в том, что наша жизнь в обществе подразумевает некие ограничения. Нас с детства к этим ограничениям приучают: не делать так, это нехорошо, это неприлично, это нельзя. И естественно, накапливается ощущение недостатка свободы. И оно приводит к тому, что когда человеку показывают человека или некое существо, которое обладает свободой, нарушает что-то, то образ этого человека или существа становится привлекательным.

Интересно, что часто преступники – это люди, остановившиеся в развитии и ведущие себя на уровне 13-15-летних детей. Они так и называют друг друга – «пацаны». Будто нарочно подчёркивают свою недоразвитость в определённых сферах. И вот эти пацаны выступают против отличников и «училок», где отличниками, скажем, могут быть коммерсанты, а «училками» – правоохранительные органы. Суть та же, что и в детстве.

Человечество накапливало механизмы борьбы с такими напряжениями, возникающими в обществе. Например, карнавалы – средство борьбы с усталостью от жесткой иерархии: дворяне, простой люд, крепостные и т. д. Это карнавальная городская европейская культура. В какой-то момент всё переворачивается: кто был ничем, тот становится всем. Об этом много написано, если будет желание, изучите самостоятельно.

Другой механизм называется «козел отпущения».

Козел отпущения (иначе назывался «Азазель») – в иудаизме особое животное, которое после символического возложения на него грехов всего народа отпускали в пустыню. Обряд исполнялся в праздник Йом Киппур во времена Иерусалимского храма (Х в. до н. э. – I в. н. э.). Ритуал описан в Ветхом Завете.

Такой механизм мы ищем в искусстве. Кто-то из древних исследователей искусства сказал, что в театре человек переживает то, что в обычной жизни он не имеет возможности сделать. Например, он видит, как кто-то возмущённый бьёт соседа, разыгрывается какая-то драма, и у него происходит катарсис, очищение.

Катарсис – сопереживание высшей гармонии в трагедии, имеющее воспитательное значение.

Обаяние Воланда

Воланд – невероятно обаятельный персонаж, хоть и является дьяволом. Зло не было бы злом, если бы не было обаятельным. Ведь иначе оно было бы противным, никто не захотел бы даже внимания на него обратить, люди смогли бы отличить грех. Поэтому задача зла – соблазнить, притянуть. Воланд соблазняет своей силой, к нему хочется прислониться. Он что хочет, то и делает, например какому-то нехорошему человеку разрешает голову свернуть:

«– Между прочим, этот, – тут Фагот указал на Бенгальского, – мне надоел. Суется все время, куда его не спрашивают, ложными замечаниями портит сеанс! Что бы нам такое с ним сделать?

– Голову ему оторвать! – сказал кто-то сурово на галёрке.

– Как вы говорите? Ась? – тотчас отозвался на это безобразное предложение Фагот, – голову оторвать? Это идея! Бегемот! – закричал он коту, – делай! Эйн, цвей, дрей!

И произошла невиданная вещь. Шерсть на чёрном коте встала дыбом, и он раздирающе мяукнул. Затем сжался в комок и, как пантера, махнул прямо на грудь Бенгальскому, а оттуда перескочил на голову. Урча, пухлыми лапами кот вцепился в жидкую шевелюру конферансье и, дико взвыв, в два поворота сорвал эту голову с полной шеи».

М.А. Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Можно ли различать добро и зло? Когда-нибудь вы обязательно встретитесь с произведением Гёте «Фауст» (см. рис. 3). Там есть слова, которые стали эпиграфом к «Мастеру и Маргарите»:

«…Так кто ж ты, наконец?

– Я – часть той силы,

Что вечно хочет зла.

И вечно совершает благо».

Гёте. «Фауст»

Рис. 3. Обложка к книге И.В. Гёте «Фауст» (Источник)

Возможно, дьяволу изначально отпущено делать то зло, которое обернется добром. Ведь Воланд наказывает не очень хороших людей: все те, кого он наказывает, в чем-то грешны. В этом и есть обаяние. Возможно, в этом состоит и обаяние революции, ведь власть вновь пришедшая наказывает надоевших аристократов, буржуев, происходит кажущееся быстрое решение всех накопившихся вопросов.

Определение зла

Есть много разных определений зла. Верующие люди иногда следуют Августину Блаженному (см. рис. 4) и говорят, что зла нет, есть недостаток добра:

«Опираясь на это основание, Августин был готов ответить на ключевой вопрос? “Где же зло и откуда и как вползло оно сюда? В чём его корень и его семя? Или его вообще нет?” На это Августин отвечал: “Зло не есть какая-либо сущность; но потеря добра получила название зла”».

Грег Коукл. (пер. П. Новочехова)

Рис. 4. С. Боттичелли «Августин в Клаузуре» (1495 г.) (Источник)

Действительно, можно так думать, говорить, что нет лучей тьмы, есть только недостаток света, а Господь всемогущ и всеблаг, но не всегда хватает этой благости. А можно заметить такой тренд – усложнение самой природы не только на физическом уровне, но и на культурном. Изучая историю, понимаешь, что усложняется общество, усложняются законы. Система сдержек и противовесов, различные ветви власти – это всё усложнения общества. Это и есть общее нарастание добра – сложность. А зло – это сопротивление этому эволюционному процессу – упрощение.

Легко думать, что во всём виноваты чиновники, буржуи, евреи, да кто угодно, и вообще наша нация самая великая, а все остальные где-то внизу (результат этого нам, к сожалению, пришлось наблюдать в середине ХХ века). А сложно думать, что все животные важны, что нет вредных и плохих, что все культуры важны, потому что это различные способы жизни, решения каких-то общественных вопросов. Тогда приходит понимание, что зло – насильное упрощение, простота теории.

Мистический писатель

Некоторые книги, такие как «Мастер и Маргарита», требуют понимания, кто их автор. Булгаков (см. рис. 5) сам говорил, что является мистическим писателем:

«…черные и мистические краски (я – мистический писатель), в которых изображены бесчисленные уродства нашего быта, яд, которым пропитан мой язык, глубокий скептицизм в отношении революционного процесса, происходящего в моей отсталой стране, и противупоставление ему излюбленной и Великой Эволюции… упорное изображение русской интеллигенции как лучшего слоя в нашей стране…».

М.А. Булгаков. Отрывок из письма правительству СССР,

28 марта 1930 г.

Рис. 5. Михаил Афанасьевич Булгаков (Источник)

Иногда Булгакову приписывают слово оккультист. В романе автор сразу заявляет, что Левий Матвей записывает неверно, путанно:

«– Эти добрые люди, – заговорил арестант и, торопливо прибавив: – игемон, – продолжал: – Ничему не учились и все перепутали, что я говорил. Я вообще начинаю опасаться, что путаница эта будет продолжаться очень долгое время. И всё из-за того, что он неверно записывает за мной.

Наступило молчание. Теперь уже оба больных глаза тяжело глядели на арестанта.

– Повторяю тебе, но в последний раз: перестань притворяться сумасшедшим, разбойник, – произнёс Пилат мягко и монотонно, – за тобою

записано немного, но записанного достаточно, чтобы тебя повесить.

– Нет, нет, игемон, – весь напрягаясь в желании убедить, заговорил

арестованный, – ходит, ходит один с козлиным пергаментом и непрерывно

пишет. Но я однажды заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там написано, я не говорил. Я его умолял: сожги ты

бога ради свой пергамент! Но он вырвал его у меня из рук и убежал».

М.А. Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Тем самым автор говорит, что то Евангелие, которое дойдёт до нас, неверно. Первоначальный вариант названия романа «Мастер и Маргарита» – «Евангелие от Сатаны».

Не стоить и говорить о том, что читателя вовлекают в чёрную мессу. Это произведение можно назвать хорошим учебником, как отличать шедевр в художественном смысле от того, что он нам сообщает.

Постепенно автор приводит читателя к тому, что он чуть ли не вместе с Воландом пьёт кровь невинного человека:

«В тот же момент что-то сверкнуло в руках Азазелло, что-то негромко хлопнуло как в ладоши, барон стал падать навзничь, алая кровь брызнула у него из груди и залила крахмальную рубашку и жилет. Коровьев подставил чашу под бьющуюся струю и передал наполнившуюся чашу Воланду. Безжизненное тело барона в это время уже было на полу.

– Я пью ваше здоровье, господа, – негромко сказал Воланд и, подняв чашу, прикоснулся к ней губами.

Тогда произошла метаморфоза. Исчезла заплатанная рубаха и стоптанные туфли. Воланд оказался в какой-то черной хламиде со стальной шпагой на бедре. Он быстро приблизился к Маргарите, поднес ей чашу и повелительно сказал:

– Пей!

У Маргариты закружилась голова, её шатнуло, но чаша оказалась уже у ее губ, и чьи-то голоса, а чьи – она не разобрала, шепнули в оба уха: 

– Не бойтесь, королева... Не бойтесь, королева, кровь давно ушла в землю. И там, где она пролилась, уже растут виноградные гроздья». 

М.А. Булгаков. «Мастер и Маргарита»

Читатель прощает грешников, а люди, которые просто оступились или не поняли чего-то, жестоко наказаны. Для того чтобы отличать, куда нас завлекает писатель вместе со своим произведением, нужно читать и думать.

К деятелю искусства нельзя примерять мерки, что он должен делать, а что – нет. Вспомним Пушкина:

Поэт по лире вдохновенной
Рукой рассеянной бряцал.
Он пел – а хладный и надменный
Кругом народ непосвященный
Ему бессмысленно внимал.
И толковала чернь тупая:
«Зачем так звучно он поёт?
Напрасно ухо поражая,
К какой он цели нас ведёт?
О чем бренчит? чему нас учит?
Зачем сердца волнует, мучит,
Как своенравный чародей?
Как ветер, песнь его свободна,
Зато как ветер и бесплодна:
Какая польза нам от ней?»

А.С. Пушкин. «Поэт и толпа»

То есть автор всегда делает то, что считает нужным. А читатель должен использовать произведение как инструмент. Его задача состоит в том, чтобы понять, как это сделать, что такое добро и зло, почему зло обаятельно.

А решение той задачи, что детям и взрослым часто нравятся нарушители правил, в том, что человеку нужно дать вовремя образование, чтобы он совершал нарушения в том направлении, которое называют прогрессом. Если бы Ленин закончил технический университет, у нас, может быть, был бы ещё один Лобачевский. А так, читая его «Государство и революция», думаешь, как это всё грустно, всё ушло, никакого отношения к нам сейчас не имеет. Революцию совершают учёные, технологи, инженеры, а революционеры только останавливают движение.