14. Политический строй в СССР в 1930-е годы

Складывание тоталитарного режима. Конституция 1936 года

1930-е годы в СССР — очень сложное и страшное время, о котором сегодня существуют разные мнения, и если вы поговорите с представителями разных идеологий, то услышите самые разные названия этого периода и точки зрения о нём. Сложно однозначно сказать, под каким именем войдёт этот период в нашу историю. 1930-е — годы, когда в Советском Союзе складывается тоталитарный режим. Ряд историков и авторов учебников предлагают говорить о политическом строе этого времени как о тоталитаризме. Советские историки, учёные и обществоведы давали следующее определение: тоталитарный режим — это режим, при котором все сферы жизни общества, и в первую очередь политическая, подчинены одной партии. Понятно, что в таком понимании тоталитарный режим — это достаточно сложная система, и, конечно, в реальности подчинить все сферы, вплоть до личной жизни, партии или Центральному комитету партии достаточно трудно. В последние годы данный период принято называть периодом сталинизма (очень многое в политическом строе нашей страны зависело от Сталина), или, как ещё говорят, периодом культа личности (как говорили после XX съезда партии 1956 года). Сказать, что у нас была какая-то уникальная эпоха или уникальный политический строй в связи с правлением Сталина, и потому называть эту эпоху сталинизмом, наверное, всё-таки нельзя.

Рассмотрим основные черты политического строя Советского Союза в 1930-е годы. Они были во многом закреплены конституцией, принятой в декабре 1936 года, конституцией социалистического государства, хотя в ней имелось положение о том, что диктатура пролетариата ещё сохраняется. С другой стороны, в стране, которая к тому времени по конституции включала уже 11 союзных республик, говорилось о том, что эксплуататорских классов больше нет; по крайней мере, не было категорий населения, лишённых избирательных прав, и в стране вводилось всеобщее избирательное право, прямое, равное и тайное, как во всех демократических странах, в том числе на Западе. Рабочий класс и колхозное крестьянство (два дружественных слоя), а также социалистическая интеллигенция продолжали строить коммунизм в нашей стране.

По конституции высшим органом законодательной власти был Верховный Совет СССР, состоящий из двух палат; высшим органом исполнительной власти оставался Совет народных комиссаров СССР.

На практике дело обстояло несколько по-другому: фактически вместе со всеми государственными органами власти действовал партийный аппарат. Происходило сращивание государственного и партийного аппаратов — это первый и достаточно важный признак тоталитарного общества: партия и её центральные руководящие органы фактически подчиняли себе органы государственной власти. В условиях однопартийной системы (а у нас в стране с начала 1920-х годов действовала именно однопартийная система) государственный аппарат подчиняется партийному, и люди, согласно партийной дисциплине, должны подчиняться вышестоящему начальнику, а не, к примеру, тем представителям широких слоёв населения, которые избрали их на тот или иной государственный пост.

С другой стороны, справедливости ради, съезды партии собирались всё реже и реже, Центральный комитет партии почти совпадал с советским правительством, и можно говорить о том, что как раз партийный аппарат отходил на второй план. Историки продолжают спорить на эту тему, в последние годы высказывается множество интересных мыслей по поводу того, государственный ли аппарат главенствовал над партийным или партийный — над государственным.

Повторим ещё раз: в нашей стране существовала однопартийная система — классический признак так называемого тоталитарного режима (или политического строя). И действительно, у власти в общем была одна партия, быть коммунистом было почётно, вступить во Всесоюзную коммунистическую партию было трудно: необходимо было пройти испытательный срок, получить рекомендации — брали только самых лучших и трудолюбивых.

Отсутствие реальных политических свобод. Культ личности Сталина

Ещё одной чертой политического строя в 1930-е годы было отсутствие реальных политических свобод, хотя в конституции 1936 года множество свобод, вплоть до свободы слова, было закреплено. Право на труд, право на отдых и многие другие важные гражданские социальные свободы действительно выполнялись, однако с политическими всё было гораздо сложнее. Например, было право на участие в свободных выборах, но выборы проходили на так называемой безальтернативной основе, то есть выбирали «из одного человека», «из одного кандидата». Подавляющее большинство населения не воспринимало эти выборы как настоящие. Сказанное выше не означает, что все люди шли голосовать, грубо говоря, из-под палки, скорее наоборот: многие искренне желали проголосовать за вождей, руководителей партии, потому что в стране была установлена не только диктатура партии, но и, как говорили, диктатура одного человека — товарища Сталина.

Вместе с диктатурой в качестве метода управления складывается ещё одна необычная для мира (но не для Европы 1920-х годов) ситуация и черта, которую мы называем культом личности. Культ личности — это возвеличивание лидера страны и партии. Можно сказать, что такой культ существовал во многих странах Европы в 1920–1930-е годы, например культ фюрера (Адольфа Гитлера) в Германии или Бенито Муссолини в Италии, но стоит отметить, что американцы тоже обожали своего демократически избранного президента Франклина Рузвельта, в Америке по большому счёту царил культ Рузвельта: его так рекламировали, что не полюбить его действительно было нельзя. Меньший культ царил в Британии, но в действительности почти во всех европейских странах вожди возвеличивались, везде висели их портреты, цитировались их слова, им приписывались великие достижения, и без них, казалось, стране не выжить. Именно поэтому советские люди с таким удовольствием голосовали на выборах за товарища Сталина, многие искренне верили, что без Сталина наша страна может пойти неправильным путём.

Культ личности — это, конечно, не только возвеличивание: «рекламы» недостаточно, «товар» тоже должен быть. Для стран с тоталитарным режимом характерно господство одной идеологии, в нашей стране это была марксистско-ленинская идеология, иногда также называемая коммунистической. Существовали идеи о том, что в мире, и это научно доказано, обязательно победит мировая коммунистическая революция, что трудящиеся обязательно освободятся от гнёта буржуев-капиталистов, что революция — это объективный момент истории, вызванный классовой борьбой, экономика должна развиваться, а общество — прогрессировать, что капитализм — это царство гнёта и на его место придёт более светлый строй. Казалось, что эти идеи правильные: теоретики (Маркс, Ленин, Энгельс, Кропоткин, Плеханов и другие) были выдающимися философами.

Населению давались более простые идеи: «Мы хорошие», «Да здравствует великий советский народ!». Складывалась очень интересная идеологическая пирамида. Можно ли отнести её к культу личности?.. Мы великие почему? Мы единственная страна в мире, которая строит светлое будущее, но у нас не всё получается, значит, нам кто-то мешает. Кто нам может мешать? Конечно, враги. И вот отсюда появляется образ — враги народа, которые мешают нам строить это самое светлое будущее. Опять же, любой культ порождает своих святых, мучеников, выдающихся людей и т. д. В 1930-е годы в стране царила совершенно удивительная атмосфера: люди действительно верили, что будет коммунизм, что они делают большое, великое дело. На обложках журналов могли появиться не только звёзды, мастера искусства, кино, спорта, политики, но и простые люди — рабочие, колхозники. То есть культ Сталина не означает, что на всех обложках был один Сталин. Да, его портретов было много, в честь него переименовывали города и улицы, но такие же (и даже ещё большие) почести отдавались, например, Ленину, а также людям, которые были во главе нашей страны: Андрею Жданову, Клименту Ворошилову, Семёну Будённому, Лазарю Кагановичу, Георгию Маленкову, Вячеславу Молотову — все эти фамилии нужно знать и помнить. В результате люди искренне верили, что «мы все молодцы, мы строим коммунизм, лучшие из нас — вот эти герои, лучшие из лучших — вошли в компартию и выбрали вождём товарища Сталина» — пирамида построена. Таким образом, культ личности — явление сложное, и не надо думать, что это просто возвеличивание одного человека.

Массовые репрессии

Необходимо сказать о том, что, конечно, в эти годы было много разных достижений. Например, выдающиеся подвиги совершили советские лётчики. Имена Валерия Чкалова и Валентины Гризодубовой, осуществивших фантастические перелёты, были известны всем. Или, к примеру, история челюскинцев — моряков, за спасением которых следила вся страна: Михаил Водопьянов увидел их с самолёта, и семеро лётчиков, участвовавших в спасательной операции, первыми получили звание Героя Советского Союза. Пропаганда по-разному использовала эти и другие достижения. То есть атмосфера в стране была уникальная, и всё было бы хорошо, если бы методы управления в стране были только такими: пропаганда, искусство, кино, культура.

Но, к сожалению, кроме этого, при любой диктатуре, при любом жёстком тоталитарном режиме и в нашей стране, и в разных странах мира — практически везде — власть не может удержаться от репрессий. 1 декабря 1934 года в Ленинграде, в здании Комитета партии, был убит Сергей Киров — любимец партии, человек, которого на прошедшем за несколько месяцев до этого съезде даже предлагали как смену Иосифу Виссарионовичу Сталину, от чего Киров, к слову, скорее всего, отказался, так как верил Сталину. Считается, что убили его по наводке чекистов. Все, кто видел или слышал показания убийцы, Леонида Николаева, или погибли в автокатастрофе, или застрелились. Что говорил Николаев, мы не знаем… Сталин вылетел в Ленинград, похороны Кирова вылились в мощнейшее траурное шествие, и самое главное — убийство дало прекрасный повод для начала репрессий.

1935–1938 годы — это страшное время. Пик репрессий приходится на 1937-й — год, когда осуждению по политическим статьям — казням, ссылкам, тюремным заключениям — подверглось огромное количество населения СССР. Не избежали этой участи и партийные чиновники, в том числе Каменев, Зиновьев, Бухарин, Рыков, которые были расстреляны. В далёкой Мексике агенты советского наркомата внутренних дел нашли и убили Льва Троцкого. Кроме того, пострадали многие деятели культуры и искусства, а также военные, в 1937–1938 годах была фактически обезглавлена Красная армия: Михаил Тухачевский, Василий Блюхер, Александр Егоров, герои Гражданской войны, были расстреляны по подозрению в так называемом заговоре военных. Пострадали члены братских коммунистических партий — те самые деятели Коминтерна, многие из которых находились в Москве; были обезглавлены руководства румынской, венгерской, польской и других коммунистических партий. Пострадали простые чиновники, буржуазные специалисты, и — по фальшивым доносам, во внесудебном порядке — пострадало большое количество случайных людей.

Репрессии — это страшная, кровавая страница нашей истории. По сей день люди, придерживающиеся разных политических взглядов, спорят по поводу того, сколько человек было казнено и сколько арестовано. Научные данные говорят о том, что в 1930-е годы было арестовано менее двух миллионов человек (из них около 700 тысяч убито, расстреляно), другие историки, ярые антикоммунисты, говорят о 30–40 миллионах убитых (правда, не в 1930-е годы, а в 1920–1940-е). Найти какой-то консенсус в этих данных практически невозможно, поэтому вам самим следует почитать литературу, посмотреть исследования, послушать аргументы разных сторон, подумать и сделать свой вывод о том, сколько же всё-таки человек было казнено. Впрочем, даже два миллиона — это очень много. Николая II называли Кровавым за 5–10 тысяч (по разным данным) приговорённых к смертной казни за всё время правления и за погибших во время революции, а здесь — десятки, сотни тысяч человек. Аппарат наркомата внутренних дел, который руководил репрессиями, во главе сначала с Генрихом Яго́дой, потом — с Николаем Ежовым, а позже — с Лаврентием Берией, тоже несёт огромную ответственность за происходивший в стране ужас. Кстати, и Ежов, и Яго́да также были расстреляны.

Предпосылки складывания тоталитарных режимов

И, наконец, последнее. Этот режим, политический строй, сложившийся в нашей стране в 1930-е годы, невозможен без массовых общественно-политических организаций, например пионерской организации, где ребята с детства приучались к тому, что они должны бороться за дело Коммунистической партии Советского Союза (тогда ещё Всесоюзной коммунистической партии).

Хорошо это или плохо? Наверное, плохо, что не было разных точек зрения, тем не менее дело обстояло именно так. Почему же такой режим возник в Советском Союзе (и не только в нём)? Историки много говорили об этом и высказывали самые разные мнения, но давайте теперь, когда вы уже представляете, что происходило в СССР в то время, сформулируем, почему такое было возможно, почему люди вдруг превратились в толпу, и во главе оказался вождь, и методы управления, как и организации, были самыми разными.

В XX веке по всему миру меняется структура экономики: человек становится винтиком не только в политике, но и на работе. Свою роль, вероятно, сыграли и последствия Первой мировой войны: миллионы людей по всей Европе стали просто солдатами, они привыкли выполнять приказы, так что, вернувшись домой, с удовольствием стали выполнять приказы политиков. Далее, в 1920-е годы во многих странах Европы политические права получило всё население, в том числе и неграмотное, малограмотное, люди без политической культуры, — их легко было обмануть, использовать, повернуть в ту сторону, в которую нужно элите, вождям общества. Кроме того, именно XX век дал возможности контроля: радио, телефон, другие средства связи, транспорт. Иван Грозный, быть может, с удовольствием установил бы тоталитарный режим, но из Сибири ему никто не докладывал о том, что говорит Ермак. С одной стороны, СМИ навязывают свою точку зрения, с другой стороны, средства коммуникации позволяют контролировать — именно в этом состоит феномен тоталитаризма, который распространился практически по всей Европе. А если убрать его крайние проявления (например, репрессии), то и в Америке, и в других странах, которые мы привыкли считать демократическими, можно увидеть то же самое: господство одной идеологии, множество организаций, вожди. Были, конечно, и уникальные моменты, свойственные исключительно России: у нас политическая культура предполагает, что во главе должен находиться, грубо говоря, «царь-батюшка» — монархическое сознание народа можно считать традицией. Наконец, сама наша коммунистическая партия в подполье была жёсткой, замкнутой, централизованной структурой, где все подчиняются вождю, — она такой осталась и после того, как пришла к власти, и после того, как утвердилась у власти и выиграла Гражданскую войну. Демократия, существовавшая до середины 1930-х годов, далее не развивалась. Ещё Ленин запрещал спорить внутри партии и организовывать всяческие фракции, то есть демократии было очень мало.

Подведём итоги. О политическом строе и тех событиях, которые произошли в политической жизни в 1930-х годах, можно говорить часами — о репрессированных, о причинах репрессий, о том, как складывались судьбы людей в эти годы: людей по ночам забирали энкавэдэшники на специальных тёмных машинах, судили «двойки» и «тройки» НКВД (специальные судебные органы). Но давайте постараемся в конце урока вспомнить и то хорошее, светлое, что было в эти годы. Советская пропаганда, культура, искусство — они дают совершенно фантастические образы красивых людей: рабочих, колхозников и колхозниц, людей труда, людей культуры, людей искусства. И вся страна поёт:

…Здравствуй, страна героев,

Страна мечтателей, страна учёных!

<…>

В своих дерзаниях всегда мы правы.

<…>

Нам нет преград ни в море, ни на суше,

Нам не страшны ни льды, ни облака.

Пламя души своей, знамя страны своей

Мы пронесём через миры и века!

И ведь они не просто так пели, они действительно сделали очень многое: за 10–15 лет построили индустриальную сверхдержаву, подготовились к тому, чтобы разгромить самого страшного врага в истории человечества, — эти люди могли так петь. Хотелось бы закончить наш урок таким пожеланием: вот бы нам когда-нибудь спеть что-то подобное, но чтобы при этом не было репрессий и других отрицательных сторон!

Список литературы

1. История. История России: 10-й класс: учебник: в 3 частях / М. М. Горинов, А. А. Данилов, М. Ю. Моруков [и др.]; под ред. А. В. Торкунова. — Москва: Просвещение, 2022–2023. — § 17.

2. История. История России. 1914‒1945 годы: 10-й класс: базовый уровень: учебник: в 2 частях / В. Р. Мединский, А. О. Чубарьян. — Москва: Просвещение, 2023. — Ч. 1, § 21.

Дополнительные рекомендованные ссылки на интернет-ресурсы

1. История.рф (Источник).

2. Российское историческое общество (Источник).

3. Исторический факультет МГУ (Источник).

4. Рувики (Источник).

Домашнее задание

1. Выделите основные черты политического режима СССР в 1930-е годы.

2. Назовите основные причины массовых репрессий 1930-х годов.

3. Существует следующая точка зрения историков: «Конституция СССР 1936 года имела демократический характер». Опираясь на материалы урока и дополнительные источники информации, сформулируйте свою точку зрения по этому вопросу, приводя аргументы в защиту своей позиции.

Список использованных источников:

Рис. 1. Иллюстратор Андреева А. С.

Рис. 2. Иллюстратор Плюта А. А.

Рис. 3. Источник: commons.wikimedia.org / название: Киров Сергей Миронович (фото М. Калашникова) / атрибуция: public domain / автор: Наумов Андрей