03. Поэзия русского романтизма. В. А. Жуковский

Творчество В. А. Жуковского

Как мы уже знаем, 19-е столетие русской литературы характеризуется становлением нового художественного направления под названием романтизм.

Напомним, что 

романтизм в русской литературе — это художественное направление, достигшее расцвета в конце первой половины XIX века, и его основные черты следующие:

1. Акцент на внутренний мир героев, душевные переживания, противоборство с обществом и обстоятельствами окружающей среды.
2. Интерес героев к прошлому, недосягаемому.

Одновременно с изменениями в творчестве последовало и появление нового типа культурного сознания: в прошлое уходили классицистические традиции, восходившие ещё к античности.

Родоначальниками русского романтизма в литературе стали Константин Николаевич Батюшков и Василий Андреевич Жуковский. Последнему посвящён наш новый урок.

Что мы знаем о Жуковском? Кем он был? Наставником будущего императора Александра II, учителем в глазах Пушкина и Гоголя...

Прежде чем начать разговор о жизни и творчестве Жуковского, нам нужно ещё раз подчеркнуть одну из самых ярких черт литературы романтизма — вознесение и абсолютизацию внутреннего мира человека, что даёт возможность рассматривать личность вне зависимости от материальных границ земного мира, исторических и социальных обстоятельств. Именно душа самодостаточна, бессмертна и абсолютно неповторима.

Итак, Василий Андреевич Жуковский. Годы жизни: 1783–1852.

Почему поэта характеризуют как переходную фигуру от сентиментализма к романтизму? Кратко напомним, чем отличаются эти два направления.

В литературе сентиментализм — это направление, возникшее в России в конце XVIII столетия, а доминирующую позицию оно заняло уже в начале XIX века. Какие черты отличали его? После классицизма принципиально новые черты мы можем увидеть не только в культуре романтизма.

1. Сентименталисты в центр произведения ставят чувство: самым важным качеством личности становится сопереживание — умение сочувствовать.

2. Вспомним «Бедную Лизу» Карамзина, запечатлевшую трагическую историю со стороны — субъективно.

3. Герои произведений сентиментализма — это обычные люди, чей внутренний мир независим от материального статуса.

4. Огромную роль в текстах сентименталистов занимает природа. Пейзаж перестал быть просто фоном действия: он созвучен переживаниям героев или рассказчика истории.

Что же отличает романтизм от сентиментализма?

• Романтики вывели на передний план героев — сильных, волевых личностей.

• Природа изображается всё более экзотической, бурной: романтиков привлекает всё непостижимое.

Литературоведы, характеризуя творчество Жуковского, называли поэта первым русским романтиком, хотя романтиком он стал не сразу: в его раннем творчестве проявляются черты сентиментализма.

Для ответа на такой вопрос обязательно укажем, что на формирование личности Жуковского-поэта колоссальное влияние оказали два источника.

Во-первых, это русские сентименталисты, в особенности творчество Николая Михайловича Карамзина. Как известно, его проза способна была открывать глубину человеческой души. Но этого утверждения мало, чтобы доказать, что русская литература многим обязана Карамзину.

Мы упомянули сентиментализм: именно это направление открыло литературе нового времени интерес к внутреннему миру человека. Давайте посмотрим внимательнее на стихотворение Жуковского, отсылающее нас к фигуре Карамзина.

«Всё для души» — это своеобразная формула, выведенная Карамзиным в его речи, произнесённой в 1818 году на торжественном собрании Российской академии.

«И жизнь наша и жизнь империй должны содействовать раскрытию великих способностей души человеческой; здесь всё для души, всё для ума и чувства; всё бессмертие в их успехах!»

Н. М. Карамзин

«Всё для души» — это ещё и первооснова романтизма. Неудивительно, что именно лирика преобладает в этом направлении, так как сильнее и очевиднее среди других родов литературы её связь с индивидуальностью субъекта речи: вы уже знаете о такой специфической черте романтизма, как широкое обращение к внутреннему миру личности.

«Всё для души, сказал отец твой несравненный;
В сих двух словах открыл нам ясно он
И тайну бытия и наших дел закон…
Они тебе — завет на жизнь священный. »

В. А. Жуковский «В альбом Карамзиной»

Здесь мы, кстати, можем использовать уже знакомое нам понятие, которое позднее будет только сильнее расширять свои границы в русской литературе, — психологизм.

Психологизм — изображение в литературе внутреннего мира человека с помощью передачи его мыслей, переживаний, намерений, эмоций и чувств.

Один интересный факт: такие слова, как «трогательный», «влюблённость», «утончённый», также обязаны своим появлением в русском языке именно Карамзину. Изначально большинство новых слов были галлицизмами — точными переводами французских терминов (иначе их называют кальками).

Целью Карамзина — реформатора литературного языка — стало изменение русской словесности, делающее её менее похожей на латынь или старую церковную письменность. Разнообразие и колорит нового языка не только покончили с тяжестью латино-германского синтаксиса, введённого ещё Ломоносовым. Они также ускорили наступление эпохи классической поэзии — именно этим языком пользовался Пушкин.

Реформа Н. М. Карамзина

• Приближение литературного языка к разговорному. Карамзин отказывался от концепции «трёх штилей» Ломоносова и стремился освободить литературу от церковнославянизмов.

• Создание новых слов и понятий. Карамзин ввёл в русский язык множество неологизмов, например «промышленность», «общественность», «общеполезный», «человечный».

• Упрощение синтаксических конструкций. Карамзин отказался от пространных периодов и стремился писать короткими предложениями — так, как мы говорим.

• Использование образца французского языка. Карамзин считал, что русский литературный язык должен быть подобен западноевропейским, в частности французскому.

С другой стороны, Жуковский активно интересовался предромантической и романтической литературой Западной Европы. Многие произведения он переводил, и впоследствии это оказало большое влияние на становление русского романтизма.

К такой западноевропейской литературе относится, например, английский поэт-сентименталист Томас Грей, его стихотворение в 1802 году Жуковский перевёл и напечатал в журнале Карамзина «Вестник Европы».

Взошла заря — но он с зарёю не являлся,
Ни к иве, ни на холм, ни в лес не приходил;
Опять заря взошла — нигде он не встречался;
Мой взор его искал — искал — не находил.

На утро пение мы слышим гробовое...
Несчастного несут в могилу положить.
Приблизься, прочитай надгробие простое,
Чтоб память доброго слезой благословить.

«Сельское кладбище»

Поэт работал в этом журнале с 1805 года, пока в 1808-м не был назначен его редактором. В «Вестнике Европы» также появилась баллада Готфрида Бюргера «Ленора», в вольном переводе Жуковского она была озаглавлена «Людмила».

Леноре снился страшный сон,
Проснулася в испуге.
«Где милый? Что с ним? Жив ли он?
И верен ли подруге?»
Пошёл в чужую он страну
За Фридериком на войну;
Никто об нём не слышит;
А сам он к ней не пишет.

Г. А. Бюргер «Ленора» (перевод В. А. Жуковского)

Момент появления этой баллады многие литературоведы считают началом русского романтизма. Сюжет с похищением девушки её мёртвым женихом ещё встретится у Жуковского в его балладе «Светлана». Влияние европейской литературы на творчество поэта было достаточно велико.

Светлана

Интересный факт касается самого имени Светлана, которым была названа баллада. Само женское имя впервые использовал Александр Христофорович Востоков — русский поэт, филолог и археограф — в 1802 году. Тогда вышла в свет его повесть «Светлана и Мстислав». Она не имела успеха, в отличие от баллады Жуковского: уже в конце 1820-х годов провинциальные барышни учили строки из «Светланы» Жуковского наизусть. Василию Жуковскому удалось популяризировать это имя. Единственным препятствием более широкому распространению стал ограниченный круг имён, который был доступен в императорской России. Люди могли получить лишь то имя, которое упоминалось в православных святцах.

Святцы — это поимённый календарный перечень святых, чтимых православной церковью. По этому перечню священнослужители давали при крещении имя ребёнку.

Но имя Светлана давали разным объектам: фрегатам, крейсерам, заводам.

В СССР ограничений на имена уже не было. После Октябрьской революции популярность имени нарастала постепенно. Однако именем Светлана была названа в дальнейшем и дочь Иосифа Сталина.

Напоследок, говоря о личности Жуковского, мы не можем упустить из виду его глубокую религиозность. Тема веры всегда волновала поэта. Путь религиозных поисков ещё с молодых лет Жуковского характеризовался твёрдым церковным мировоззрением. Для Жуковского Бог — это и начало, и конец человеческой жизни. Но нас больше интересует проявление религиозности поэта в его творчестве. И здесь более уместно пользоваться словом «вечность». Именно через призму ценностей вечной жизни Жуковский смотрит на все явления земного существования. Поэзия не только приводит читателя к мыслям о Боге, она призвана заставить каждого из нас задуматься именно о вечности.

Элегия «Сельское кладбище». Сентиментализм и романтизм

Приступим к анализу некоторых произведений. Стихотворения, написанные Жуковским до 1802 года, — это своеобразная экспозиция его творчества. Первые яркие черты творческого дарования проявляются именно в 1802 году. Мы начнём с элегии «Сельское кладбище» — перевода элегии Томаса Грея, опубликованной в 1751 году.

К литературным открытиям XVIII века относится один интересный факт: был открыт новый для того времени культурный феномен. Как вы думаете, что это? Прочтите внимательно отрывок, приведённый ниже. Это фрагмент стихотворения Карамзина, относящегося к 1800 году. Что вы чувствуете, читая его?

Страсть нежных, кротких душ, судьбою угнетённых.
Несчастных счастие и сладость огорчённых!
О Меланхолия! ты им милее всех
Искусственных забав и ветреных утех.
Сравнится ль что-нибудь с твоею красотою,
С твоей улыбкою и с тихою слезою?
Ты первый скорби врач, ты первый сердца друг:
Тебе оно свои печали поверяет;
Но, утешаясь, их ещё не забывает.
Когда, освободясь от ига тяжких мук,
Несчастный отдохнёт в душе своей унылой,
С любовию ему ты руку подаёшь
И лучше радости, для горестных немилой,
Ласкаешься к нему и в грудь отраду льёшь
С печальной кротостью и с видом умиленья.
О Меланхолия! нежнейший перелив
От скорби и тоски к утехам наслажденья!

По обращениям и общему настроению вы сможете легко угадать название этого произведения. Меланхолия. Новая культурная категория. Соединение радости и грусти, оттенок уныния в счастливой душе или отблеск радости в тоскующем сердце. Что отличает состояние меланхолии от нашего обычного представления о грусти? При всей трагичности размышлений состояние меланхолии лишено жестокого отчаяния или мрачных оттенков скорби.

В 1829 году Александр Сергеевич Пушкин в стихотворении «На холмах Грузии» напишет: «Мне грустно и легко / Печаль моя светла». Эта сладкая печаль — особенное психологическое состояние, которое представляется нам достаточно сложным и противоречивым комплексом. Так же сложен и сам человек: один лишь разум не может постичь всю сущность и таинственность его души.

Элегия «Сельское кладбище» воплощает это медитативное состояние меланхолии, сосредоточив в себе образы и мотивы раннего романтизма. Однако с первых строк «Сельское кладбище» — это тихий пейзаж. Природа спокойна. В этих же строках мы находим и дань традициям английского сентиментализма: вечер, ночь, луна или заход солнца, тишина, тени. Всё, что мы сейчас перечислили, относится к образным слагаемым этого канона.

Уже бледнеет день, скрываясь за горою;
Шумящие стада толпятся над рекой;
Усталый селянин медлительной стопою
Идёт, задумавшись, в шалаш спокойный свой,

В туманном сумраке окрестность исчезает...
Повсюду тишина; повсюду мёртвый сон;
Лишь изредка, жужжа, вечерний жук мелькает,
Лишь слышится вдали рогов унылый звон.

Лишь дикая сова, таясь под древним сводом
Той башни, сетует, внимаема луной,
На возмутившего полуночным приходом
Её безмолвного владычества покой.

Продолжаем знакомиться с текстом элегии — прочтём ещё один отрывок.

Под кровом чёрных сосн и вязов наклонённых,
Которые окрест, развесившись, стоят,
Здесь праотцы села, в гробах уединённых
Навеки затворясь, сном непробудным спят.

Жуковский намеренно отмечает пограничное состояние между днём и ночью — сгущение сумерек, наступление вечера. Мы видим ещё один переход — сон. В обычной реальности сон является промежутком между моментами бодрствования. Но спят в «Сельском кладбище» мертвецы. Успокоение, угасание касается уже не только природы: кладбище — это ещё одна пограничная ступень между жизнью и смертью, между временем и вечностью.

Венчает элегию романтический образ юного поэта, обречённого на смерть. Смерть и юность трудно сопоставить — это практически невозможно сделать.

Нередко ввечеру, скитаясь меж кустами, —
Когда мы с поля шли и в роще соловей
Свистал вечерню песнь, — он томными очами
Уныло следовал за тихою зарей.

Прискорбный, сумрачный, с главою наклоненной,
Он часто уходил в дубраву слёзы лить,
Как странник, родины, друзей, всего лишенный,
Которому ничем души не усладить.

Взошла заря — но он с зарею не являлся,
Ни к иве, ни на холм, ни в лес не приходил;
Опять заря взошла — нигде он не встречался;
Мой взор его искал — искал — не находил.

Наутро пение мы слышим гробовое...
Несчастного несут в могилу положить.
Приблизься, прочитай надгробие простое,
Что память доброго слезой благословить.

В этом и есть высший трагизм элегии, а ещё отличительная черта творчества Жуковского. Судьба поэта предопределена трагически, однако его духовная избранность не подлежит тлению, что оставляет надежду на посмертное существование, в то время как физическое греховное тело осталось в земле.

Что, помимо этого, позволяет нам разглядеть романтические черты в этой элегии?

В первую очередь, само пространство, в которое помещён лирический герой — кладбище. Эта территория подразумевает сама по себе наличие мыслей о чём-то высшем: о бренности бытия, о смысле и скоротечности жизни. Такие размышления поднимают героя над действительностью, ставя выше мирской суеты. Сам интерес ко всему возвышенному, недостижимому и идеальному, как мы помним, неотъемлемая черта романтизма.