07. «Большие» жанры. Сказка. А.С. Пушкин «Сказка о рыбаке и рыбке»

Сказка как большой жанр. Сходства и различия сказки фольклорной и сказки литературной

Здравствуйте. Продолжаем наши уроки. Это мои конспекты, вы открываете свои тетради, у вас будут свои конспекты, вы потом ими воспользуетесь.

Сегодня мы поговорим о сказке и загадке. В прошлый раз мы говорили о скороговорке, пословице и поговорке. От них до загадки один шаг, а до сказки – множество-множество шагов, потому что сказка – это уже не малый жанр фольклора, а большой. Большой и по размеру – сравните пословицу, поговорку и сказку, – и по содержанию – сказка всегда рассказывает о вымышленном, выдуманном эпизоде, который иллюстрирует либо какую-то важную мысль, либо какие-то жизненные представления.

Сказки вы все читали, вы их хорошо знаете. Я бы хотел сейчас сказать о другом. Сказка – как воронка: она втягивает в себя множество других фольклорных жанров. Может герой сказки использовать пословицы и поговорки? Конечно, множество случаев. Он может использовать скороговорку. Реже, но в сказках встречаются и скороговорки, внутри сказки, она поглощает их. А уж загадка становится одним из элементов сказочного сюжета. Вы прекрасно знаете, что в сказке герои часто должны отгадать загадку, а если не отгадают, они просто-напросто погибнут.

Повторяю, сказка – большой жанр, а внутри неё, как внутри матрёшки, спрятаны все малые жанры. Герой сказки может петь песню? Может. Герой сказки может рассказывать бывальщину, небылицу? Может. Потешки может рассказать? Может. «Жанр-воронка». Она втягивает в себя всё.

Но чем сказка отличается от мифа? Это же тоже история с установкой на вымысел. А мы с вами говорили: в миф рассказчик мифа всегда верил, а в сказке всегда рассказывают небылицы:

– Город, небось, крохотный.
– Через тот город заяц бежал – не перебежал.
– Выходит, заяц маленький.
– Заяц как заяц, из его шкуры тулуп вышел.
– Куда вышел?
– Вышел из того города, где заяц бежал, на который тень от орла упала, и пошёл куда глаза глядят.
– Чьи глаза?
– Глаза того тулупа, который из шкуры зайца вышел, в городе, где ночь настаёт, когда над ним птенец пролетает верхом на хромой блохе.
– Чего?

Даже ребёнок, который слушает сказку в исполнении бабушки, или дедушки, или мамы, или папы, и верит, и не верит в то, что там происходит.

Сказки делятся на несколько типов. Бывают сказки волшебные: это сказки, в которых действуют всякие необычные существа. Бывают сказки про зверей (о животных): там, где одушевлённые, очеловеченные звери – в центре сюжета. И бывают сказки бытовые: они часто не содержат никакого волшебного элемента, но мы сразу понимаем, что они выдуманы.

Ярчайший пример сказки бытовой – «Каша из топора».

Вы прекрасно помните хитрого солдата, который приходит в дом, где ему не хотят дать поесть, и обещает научить хозяйку варить кашу из топора, то есть из ничего. Но потом просит немного крупы, чуть-чуть маслица, и получается отличная каша. В этой сказке разоблачается жадность, прославляется народная хитрость; здесь нет волшебного элемента, но зато здесь есть вымысел. Вот сказка – это история с установкой на вымысел.

Это жанр фольклора... А впрочем, почему только фольклора? Разве мы с вами не читали сказки, написанные писателями? Конечно, читали. А чем отличается авторская сказка, литературная сказка от сказки фольклорной? Ведь и там, и там – история с установкой на вымысел. И там, и там в одном случае рассказчик, в другом случае писатель ставит нас перед выбором: веришь – не веришь, доверяешь – не доверяешь, чудеса или реальность. Мы запутываемся между реальностью и чудесами и в литературной сказке, и в сказке фольклорной.

А отличие очень простое. Рассказчик в сказке, сказитель, всегда исходит из того, что его герои не меняются от начала к концу. Какими мы их встретили в начале, такими они будут в самом конце.

«Попробовал корешки косолапый и зарёкся больше с мужиком не связываться».

Если это положительный герой, хороший, значит, он таким будет от начала до самого конца. Если он хитрый, как лиса в сказках о зверях, значит, он будет хитрым от начала и до конца.

Бегите, а не то как бы воевода вас не задрал, да другим передайте – как бы неповадно было Котофея Ивановича сердить.

А уж если это Василиса Премудрая, то премудрая она с первого упоминания до самого последнего.

А в литературной сказке, как и в литературном произведении на любую другую тему, не бывает ничего однозначного и не бывает ничего, что не меняется от начала к концу. Вся литература построена на том, что и человек, и общество, и отношения между людьми, и между старшими и младшими, между детьми и взрослыми, между стариками и следующим поколением – все они неоднозначны, они всегда меняются. При этом мы никогда не знаем: вот этот герой в сказке литературной изменится, его характер сохранится, или в конце мы встретим его другим. А может быть, тем же самым, всё заранее неизвестно.

«“Сказка о рыбаке и рыбке” в исполнении В. Сперантовой», «Мультфильм по сказке А. С. Пушкина», «Сказка в исполнении выдающихся русских актёров»

Давайте рассмотрим известную вам сказку Пушкина «О рыбаке и рыбке».

Она очень похожа на народную: там размеренный ритм, там мы слышим такое же звучание речи, какое мы слышим в сказке фольклорной.

В третий раз закинул он невод –
Пришёл невод с одною рыбкой… 

Но старик каким был в начале, таким остался и до конца: наивный, простой, слабохарактерный, он под каблуком у своей старухи, он сам своей воли не имеет. А старуха? А старуха меняется. В начале она такая же, как старик: живёт себе на берегу студёного моря, ничего ей не нужно, у неё есть разбитое корыто. Но как только появляется в руках у старика золотая рыбка и рыбка готова выполнить желание, старуха начинает меняться. В ней пробуждается зло. Она была не злой вначале, она становится чуть более злой, когда хочет новое корыто. А потом она хочет стать дворянкой столбовою. А потом она хочет стать царицей. А в конце она просто превращается в какое-то демоническое злодейское существо – она миром хочет управлять, она хочет быть владычицей морскою и чтобы рыбка была у неё на посылках.

А рыбка меняется или нет? И рыбка меняется. Вначале это рыбка, которая выполняет желания покорно. Она готова дать старику то, что он пожелает, и у него есть желания – она их выполнит. А в конце это уже грозная рыбка. Она уже ничего не отвечает на требование старухи, чтобы стала старуха владычицей морскою. Она хмурится и исчезает; значит, и в ней меняется характер.

И это принципиальное отличие фольклорной сказки, где старик всегда находится под каблуком у своей старухи, где Василиса всегда либо премудрая, либо прекрасная, звери либо дружат, либо враждуют, и никогда ничего не меняется: лиса всегда хитрая, волк – злой, но простодушный.

Этим сказка фольклорная отличается от сказки литературной. Главное в литературной сказке – развитие. Сюжет меняется от начала к концу, герой меняется от начала к концу, и по-другому в сказке быть не может.

А что же общее? Конечно, многое объединяет фольклорную и литературную сказки. Это и построение, одинаковые зачины («жили-были», «в тридевятом царстве в тридесятом государстве»), и повторы (вспомните, как несколько раз Маша говорит медведю: «Высоко сижу, далеко гляжу»), и финалы тоже традиционные, тоже воспроизводимые из сказки в сказку («Я там был, мёд-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало»). И, самое существенное, совпадает, что это жанр-«воронка»: и в фольклорной, и в литературной сказке могут появляться другие жанры, малые жанры: и пословица, и поговорка, и загадка, и песня.

Но есть различие, и оно гораздо существеннее: литература не признаёт однозначности и неизменности, а для фольклора неизменность и однозначность очень важны.

Рис. 1-2, 4-6 – Иллюстрация/Графический дизайнер Ныркова Е.В.

Рис. 3 – Иллюстрация / Автор Филимонова Е. С. (И-124.2/В от 01.06.2021)