22. Комедия Н. В. Гоголя «Ревизор». Часть 1. «Ревизор» – необычная комедия

Дискуссия о содержании комедии Н. В. Гоголя «Ревизор», феномене «миражной интриги», образе города, комическом в комедии, постановках пьесы. Особое внимание уделено смыслу финальной («немой») сцены.

Участники:

Лазарев Михаил Иванович — основатель проекта InternetUrok.ru;

Скулачёв Антон Алексеевич — учитель литературы, член Гильдии словесников.

Комедия Н. В. Гоголя «Ревизор». «Ревизор» — необычная комедия»

Лазарев М. И.: Здравствуйте! Сегодня наш урок будет по произведению «Ревизор». Мы разобьём эту тему на две части. Первая часть будет больше похожа на урок про замечательное литературное произведение, а во второй части поговорим о том, зачем стоит читать эту комедию и почему она до сих пор имеет такое значение.

Скулачёв А. А.: Впервые премьера «Ревизора» состоялась 1 апреля 1836 года в Александринском театре в Санкт-Петербурге. Об этой комедии трудно говорить; в 40–45 минут можно вложить только некоторые основные вещи. Начинается произведение с фразы Городничего: «Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор». Эту фразу знают все, но, как всегда это бывает в литературных текстах, за первой фразой встаёт огромное количество сюжетов и вопросов. Начнём с удивительного гоголевского приёма, который ставит читателя в замешательство. Дело в том, что то событие, о котором сообщает Городничий, не случается на протяжении всей комедии. «…К нам едет Ревизор», и этот Ревизор приезжает лишь в самом конце комедии.

Лазарев М. И.: Но он действительно едет?

Скулачёв А. А.: Да, он действительно едет, это правда. «Ревизор» — удивительная история, комедия, которая построена вокруг того, чего нет. Гоголь выносит очень серьёзный приговор не только городу N, не только ситуации, в которой находятся герои, но, в каком-то смысле, русскому обществу и его времени. Император сказал, когда посмотрел комедию:

«Ну пьеска! Всем досталось, а мне — более всех!»

Николай I

В каком-то смысле Гоголь выносит приговор вообще любому обществу. Ведь любое общество строится на интриге, сюжете, действиях, как огромное скопление народа самых разных персонажей: очень смешных, нелепых, серьёзных. Они все группируются вокруг того, чего нет. Настоящий Ревизор приезжает только в самом конце, а весь сюжет комедии закручивается вокруг несуществующего Ревизора. Но самое главное не это. Было бы понятно, если бы Хлестаков хотел обмануть их, прикинулся бы Ревизором, тем самым «водил за нос» жителей города N, тогда комедия строилась бы на обмане. Но Хлестаков никого не собирается обманывать, у него ни на секунду не появляется мысль выдать себя намеренно за Ревизора. Это добавляет основной интриге комедии ещё больше того, что литературоведы называют «миражной интригой», то есть построенной как мираж в пустыне, когда мы где-то далеко видим оазис, подходим к нему, а его нет. Или, как часто пишут в связи с Гоголем, «на фигуре фикции», то есть на том, что на самом деле ненастоящее, неподлинное. Чрезвычайно интригующее действие разворачивается вокруг пустого центра. Это первая особенность комедии Гоголя, о которой хотелось сказать, и которая видна уже из первой фразы.

Лазарев М. И.: Хочу добавить, что Хлестаков даже не воспользовался тем, что его приняли за Ревизора, берёт деньги взаймы.

«… Не побрезгай, отец наш, хлебом и солью: кланяемся тебе сахарком и кузовком вина.

Хлестаков. Нет, вы этого не думайте: я не беру совсем никаких взяток. Вот если бы вы, например, предложили мне взаймы рублей триста – ну, тогда совсем дело другое: взаймы я могу взять».

Другое дело, что это как раз изобличает его как человека без совести. Когда он останется с чувством, что он взял взаймы, не отдал, и не собирается отдавать, ему от этого, конечно, не будет стыдно и плохо. Он со своей совестью всегда «в ладах», у него нет внутреннего осуждающего голоса. Но он берёт взаймы, не обманывая никого. Я специально перечитал «Ревизора» перед нашим разговором и не увидел в нём ничего смешного. А потом понял, что это всё-таки пьеса. Когда смотришь пьесу, это выглядит по-другому. Один из героев в определённый момент пьесы говорит, что больные у них как мухи выздоравливают. Нужно сделать паузу после слова «мухи», мы же все знаем продолжение фразеологизма «как мухи мрут», а в пьесе говорят, что выздоравливают. Без режиссёра не будет смешно. Скажите, Вы рекомендуете смотреть или читать?

Скулачёв А. А.: Разумеется, читать необходимо, потому что при любой постановке, язык художественного произведения переводится на принципиально иной язык. Язык театра и язык текста это как русский и китайский – разные языки. Другое дело, что они друг друга дополняют.

Лазарев М. И.: Но ведь текст пьесы написан для режиссёра, а для зрителя там участвуют сразу режиссёр, сценарист и артисты. И тогда это смешно. Когда смотришь постановки 1972 года с Андреем Мироновым в роли Хлестакова, всё просто великолепно. А как читать — непонятно. Вы сказали слово «смех», «смешно», а мне — нет.

Скулачёв А. А.: Действительно, строго говоря, традиционной комедии положений, то есть комедии, когда герой оказывается в смешной ситуации, в «Ревизоре» очень мало. Такие ситуации можно пересчитать по пальцам, где-то около 5–6 эпизодов. Пример того, что такое комедия положений: герой поскальзывается на банановой кожуре. Герой попал в смешную ситуацию, сталкивающиеся Бобчинский и Добчинский и есть комедия, но этого очень мало.

Лазарев М. И.: И то это надо представить самому, что они упали.

Скулачёв А. А.: В этом смысле, конечно, тут те самые труд и творчество, которые требует литературный текст — представить смешную ситуацию самому.

Лазарев М. И.: Когда это обычно написано, например, роман, я понимаю, а когда пьеса — это тяжело читать, нужно смотреть.

Скулачёв А. А.: Тем не менее при просмотре надо понимать, что всегда будет интерпретация режиссёра. Неслучайно Гоголь окружает «Ревизора» огромным количеством текстов. Например, расписывает замечания для господ актёров, где рассказывает о том, как выглядит персонаж. Затем он пишет «Театральный разъезд после представления новой комедии», а также разные тексты в форме авторской исповеди. В таких текстах Гоголь поясняет, как должна выглядеть эта постановка.

Лазарев М. И.: Гоголь ведь и перед первой постановкой подходил к актёрам и рассказывал, как им нужно себя вести, то есть действительно хотел, чтобы это было поставлено.

Скулачёв А. А.: Что подтверждает одновременно мысль о том, что это должно быть поставлено, и о том, что текст сам по себе невероятно важен для Гоголя. Автор относился к пьесе с особым трепетом. Мир города N — странный. С одной стороны, таких городов быть не может. «…Три года скачи, ни до какого государства не доскачешь» — говорится про этот город. Он будто находится в удалённом пространстве. Но между тем в этой характеристике города содержится очень важная черта — этот город предельно обобщённый, усреднённый и узнаваемый: всё происходящее в «Ревизоре» невероятно узнаваемо. Это город, который называют «сборным городом». Город, в который Гоголь будто бы собрал все возможные черты и характеристики чиновников, купцов, самых разных персонажей, черты, которые он видел по всей России. Это очень важная для Гоголя задача — изобразить всю Россию как бы одновременно, собрать её. Если вы читали Гоголя, то наверняка замечали, что это удивительный писатель, который, с одной стороны, заставляет нас обратить внимание на самые мелкие и неприглядные детали, вроде запаха изо рта одного из персонажей; мы помним замечательное объяснение, что его мама в детстве ушибла, с тех пор от него пахнет водкой, это его природный запах. Одновременно с этими мелкими деталями в каждом гоголевском тексте перед нами предстает огромная панорама России, страны в целом. Как было сказано в одном из гоголевских текстов: «вдруг стало видно во все стороны света», это передаёт тот панорамный взгляд, охватывающий Россию целиком, в данном случае через один город. Какие законы движут этим городом, что им управляет? При достаточно беглом прочтении «Ревизора» можно понять, что им управляют ни государственные законы, ни законы нравственности и человеческого достоинства, управляет им то, что можно назвать «электричеством чина». Городничий говорит очень характерную фразу:

«Городничий. Что ты сделал с купцом Черняевым, а? Он тебе на мундир дал два аршина сукна, а ты стянул всю штуку. Смотри! Не по чину берёшь! Ступай!»

То есть каждый обитатель города должен «брать по чину». Главное преступление заключается не в том, что Квартальный сделал что-то плохое по отношению к купцу, а в том, что он «берёт не по чину». «Брать по чину»— соответствовать тому чину, в котором ты находишься, и, значит, преклоняться бесконечно перед человеком более высокого чина, про которого ты думаешь, что он более высокого чина. Итак, «электричество чина», а, значит, и страх, пронизывающий этот город. Наиболее ярким воплощением этого страха является финальный эпизод, который можно сопоставить с картиной современника Гоголя Карла Брюллова «Последний день Помпеи», где все герои объяты единым страхом перед грядущей катастрофой. Гоголь очень ценил эту картину и много о ней писал — о том, как самые разные персонажи, находящиеся в самых разных позах, объяты единой эмоцией.

Лазарев М. И.: Там один христианин идёт вперёд, он ничего не боится, да?

Скулачёв А. А.: Да, это тоже очень гоголевский приём — нарисовать общую массу и что-то из неё выделяющееся, выламывающееся. Что такое последняя сцена, «немая» сцена «Ревизора», когда все персонажи как будто окаменели? Это доведённая до крайности окаменелость персонажей, их сведённость к одной черте, ситуации, жесту, в котором они застыли как будто бы умерев. Но, эта окаменелость напоминает и последний день Помпеи и последний день человечества, Страшный суд. Это то самое грядущее возмездие, перед которым сила страха, управляющая городом, достигла невероятных пределов, так что люди перестали быть людьми, стали окаменелыми статуями. В этой сцене содержится, с одной стороны, вся глубина отчаяния и катастрофы, которая настигла или настигнет, а, может быть, и не настигнет жителей города, с другой стороны, надежда, которую испытывал Н. В. Гоголь. Ведь он мог бы продолжить сюжет дальше, и оказалось бы, что герои проведут истинного Ревизора точно так же как провели ненастоящего. Но, завершая сюжет этой сценой доведённого до предела страха, Гоголь надеется, что это тот Страшный суд, который всё-таки преобразит мир и изгонит все пороки. Самое главное заключается в том, что Городничий произносит фразу: «Чему смеётесь? Над собою смеётесь!». Вспомним эпиграф: «На зеркало неча пенять, коли рожа крива». Эта фраза относится не только к жителям города и чиновникам, но и к каждому из зрителей. Гоголь мыслил себя не только писателем, но и своеобразным проповедником, в надежде на то, что каждый из нас, читателей, увидит в себе черты этих героев и так же испугается, застынет в окаменевшей позе, осознав глубину и ужас своего нравственного падения, осознает то же, что и герои, и, может быть, преобразится. И, возможно, тот настоящий Ревизор, который подобен судье на Страшном суде, сможет изменить каждого из нас. Гоголь направляет остриё сатирической комедии не только в сердца героев и их души, но и в души каждого из зрителей, надеется на наше преображение.

Лазарев М. И.: Можно по-другому посмотреть на фразу: «Чему смеётесь? Над собою смеётесь!». Смеяться над другими не очень хорошо, это называется «насмешка», а не «смех». А если смеяться ещё и над собой, то в этом нет ничего страшного, вы не насмехаетесь, а просто смеётесь над недостатками человечества.

Скулачёв А. А.: Вы очень правы. Это, по замыслу Гоголя, и есть наш смех над нами самими. Гоголь говорил, что единственный положительный герой в его комедии — смех. Так смех, по Гоголю, превращается из силы насмешливую в силу очищающую.

Подводя итоги сегодняшнего урока, давайте вспомним вкратце основные вещи, о которых мы поговорили. Мы обсудили, во-первых, специфику интриги гоголевской комедии: её называют «миражной интригой», и она строится вокруг фигуры фикции, вокруг главного персонажа Хлестакова, который обманывает чиновников ровно потому, что сам никого обмануть не хочет. Так Гоголь изображает мир, лишённый души, лиц, мир чиновников города N, который превратился в мир чинов, пронизанный «электричеством чина» и страха. Страх — то, что управляет миром гоголевских чиновников. Нарастающая сила страха доходит до своего предела в финале. Единственным положительным героем комедии Н. В. Гоголя является, по словам самого автора, смех. Наш смех над героями, который позволяет увидеть их пороки и наши собственные. «Чему смеетесь? Над собою смеетесь!» — фраза, которую говорит Городничий; эти слова адресованы не только героям, но и каждому их нас. Поэтому в сатирической комедии Гоголя заложена не только энергия и пафос изобличения пороков, но и возможность преображения человека — как героев, так и читателей и зрителей гоголевской комедии.