02. Ты - это твой выбор

Что читать? Правила чтения<\/h2>

Лазарев М. И.:<\/b> Сегодня мы обсудим выбор того, что люди читают, а также узнаем, не много ли книг нужно прочитать согласно школьной программе.<\/p>

Выбор, порой, делается сам собой, но нужно контролировать ресурсные решения, своё время, решить, будешь ты заниматься одним делом или другим. Очень важно, как и на что человек тратит свободное время. По Аристотелю, поведение человека направлено на получение удовольствия. Удовольствие может быть разным: это может быть отречение от чего-то, аскетизм, геройство, удовольствие понимания внутри чтения, удовольствие понимания другого, удовольствие сравнения себя с другими. Если получать удовольствие от чтения, то, казалось бы, для этого не нужно такое количество книг, которое указано в школьной программе.<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> Безусловно, в этом есть правда. На данный момент существует серьёзная проблема перегруженности школьников объёмными текстами, очень часто она влечёт за собой отвращение к чтению. С другой стороны, не впадаем ли мы в упрощение, когда говорим, что перед учителями стоит цель получения удовольствия детьми от чтения? Даже в самой этой фразе звучит некоторое упрощение литературы. Конечно, удовольствие нужно, но тем не менее, чтение и обучение литературе – не только удовольствие. Нужно, с одной стороны, уметь это удовольствие получать, с другой стороны, понимать, что искусство – это серьёзная ответственность, в каком-то смысле жизненно важная. Чтение в удовольствие – не что-то обязательное.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Нет ничего плохого в чтении в удовольствие, если понимать понятие удовольствия развёрнуто, если научиться понимать удовольствие от работы, от сделанного тобой, даже отложенное удовольствие может быть приятным.<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> Удовольствие в повседневном языке – это что-то завершённое, имеющее некоторые временные границы: «Я получил это удовольствие и точка». Хочется верить, что то, что мы делаем в школе, и то, для чего нужна литература, имеет несколько иное временное измерение. Как говорил персонаж романа Б. Пастернака «Доктор Живаго» Николай Веденяпин: «…человек умирает не на улице под забором, а у себя в истории, в разгаре работ, посвящённых преодолению смерти, умирает, сам посвящённый этой теме…». Кажется, что литература всё-таки про то, что выходит за рамки этого мгновения и этой секунды.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Как мы выбираем книгу? Может быть, её кто-то порекомендовал, разрекламировал. Но мы всё равно открываем эту книгу и пытаемся понять, откликается она нам или нет. Но мало кому откликнется текст романа Б. Пастернака «Доктор Живаго», там присутствуют весьма непонятные фразы, кажется, будто они идут кусками. Можно понять, что эти фразы символичны, Врубель говорил о том, что искусство не должно быть понятно всем, а, наоборот, должно быть понятным только немногим, иначе это не искусство. Но что делать, если не нравится то, как написан текст? Как читать такой текст, особенно когда он навязан рамками школьной программы?<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> Профессиональный учитель обязан найти такой путь, с помощью которого книга бы открылась ученику, а он, в свою очередь, открылся книге. Именно в этом состоит одна из основных задач учителя.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Сколько книг в год нужно прочитать человеку, учитывая, что у него есть другие дела и обязанности и чтение книг не является его постоянной деятельностью?<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> Можно суметь прочесть примерно 20 книг. Чтение не может быть зоной запретов и предписаний. Чтение – пространство свободного и ответственного выбора, где можно выбрать: «не читать» или «молчать о прочитанном», или «в данный момент я хочу заняться другим делом». А воспитание свободного и ответственного читателя – задача литературного образования.<\/p>

Островская А.:<\/b> Разве школьная программа предполагает такой «набор правил» для чтения?<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> Подход учителя как раз может предполагать именно такой подход к чтению.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Если говорить про роман Б. Пастернака «Доктор Живаго», правда ли, что такое имя персонажа выбрано в связи с тем, что имя сына Бога – Живаго?<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> Если мы вспомним начало романа, то он начинается словами: «Шли и шли и пели "Вечную память", и когда останавливались, казалось, что её по залаженному продолжают петь ноги, лошади, дуновения ветра». Дальше идёт замечательный диалог: «"Кого хоронят?" Им отвечали: "Живаго"…». То есть роман начинается со смерти Живаго. Это связано с главной темой романа – темой преодоления смерти, идет отсылка не к конкретной молитве, а к старославянской версии «живого». Роман описывает пастернаковскую концепцию того, каким должен быть жизненный выбор.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Другой полюс жизненного пути, который невозможно не отметить – бусидо (путь воина). В нём чётко указано, что человек всё время должен выбирать, сказано, что можно выбрать путь более опасный, даже путь смерти. Подобные группы встречаются практически во всех культурах. У нас тоже такая есть. Наверное, все знают романс «Не для меня придёт весна». Там кратко рассказана тема бусидо. Есть чётко предписанный выбор жизненного пути: твоей социальной группой, твоей семьёй и так далее. Вот как вы выбирали институт?<\/p>

Островская А.:<\/b> Я ещё до этого училась в лингвистическом лицее, то есть выбор был сделан раньше. На меня повлияла семья – мама занималась английской филологией, отправила меня в детскую английскую спецшколу. Потом я пошла по этому пути, была с ним согласна, мне было комфортно в том, что для меня определили, сейчас я счастлива в том, чем я занимаюсь.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Я думаю, что не так важно то, чем ты занимаешься, гораздо важнее то, кто ты есть и как ты к этому относишься. Тут литература точно помогает, даже в уроках обществознания на первое место выдвигают выбор профессии. Но ведь в любой «профессии» (ты внутри себя, твоё отношение к этому миру) можно быть разным. Этот выбор более важный.<\/p>

Скулачев А. А.:<\/b> К теме жизненного выбора очень точно относится знаменитый совет отца Гринёва сыну (А. С. Пушкин «Капитанская дочка»), там в четырёх строчках сказано всё, что нужно, нет ничего лишнего, что должно быть в человеке, чтобы он был, а не казался: «Прощай, Пётр. Служи верно, кому присягнёшь; слушайся начальников; за их лаской не гоняйся; на службу не напрашивайся; от службы не отговаривайся; и помни пословицу: береги платье снову, а честь смолоду». Это формула свободы, ответственности. Если юноша, обдумывающий житьё, в какой-то момент поймёт, что значит «береги честь смолоду», что значит не присягать самозванцу, то дальше уже не так важно, кем он будет служить.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/b> Есть ещё одна важная тема внутри той, которую мы обсуждаем. Выбор и есть самоидентификация. Кто я? Эта тема всегда всех волнует, потому что не так легко ответить на этот вопрос. Если мы выбираем пол, возраст, национальность, профессию, то, оказывается, не так просто ответить на вопрос «Кто я?». Твой выбор – это и есть ты. Неживое подчиняется законам физики безо всяких проблем. Живое, но не человек – это в основном реактивное: реакция на голод, на комфорт и так далее. А свобода воли, активная позиция – сделать план, это как раз человеческая позиция, относящаяся к категории «Кто я?». Интересно, что все к этому стремятся. Обычно людям сложно выразить свою позицию «Кто я?», но задача идентификации при этом всё равно есть.<\/p>

Островская А.:<\/b> Выбор жизненного пути – это, прежде всего, выбор. Мне, когда-то школьнице, было страшно выбрать идти туда, куда направляли родители, или не идти. Ключевое слово «страшно», ведь это всё-таки ответственность за свой выбор перед собой, перед близкими. Мне кажется, что преподаватель литературы на своих уроках может научить перестать бояться этого выбора, помочь преодолеть страх выбора на примере каких-либо персонажей, героев, историй. Чтобы ребёнок мог научиться брать на себя ответственность за свои решения.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/strong> Страх – очень естественное чувство, оно должно быть. Другое дело, во что ты перерабатываешь свой страх. Страх и трусость – разные вещи. Страх – нормальная эмоция, но важно то, что происходит с этим страхом. Можно выбрать пойти навстречу страху по самурайской логике, а можно поддаться страху, сдаться.<\/p>

Скулачев А. А.:<\/strong> Очень важный вопрос про страх и выбор. Мы живём в очень невротизированном обществе, где у людей присутствует страх самих себя, страх принять свободное решение. Моя мысль о том, что литература учит подлинной ответственной свободе. А свобода предполагает понимание того, что всё может повернуться не так. В романе Джона Уильямса «Стоунер», который был переиздан, герой понимает, что главный выбор, который он делал, это вовсе не те моменты, где он выбирал что-то важное, а это те моменты, когда отрекался от себя или даже терял самого себя. И иногда растворяясь в других и отдавая, мы делаем гораздо больше, чем когда мы выбираем школу, или поступаем в университет, или выбираем спутника жизни. Иногда даже разговор на веранде оказывается более важным событием, чем то, что нам кажется. Это ощущение свободы, ощущение того, что жизнь – набор вариантов, именно оно помогает избавиться от страха. Литература даёт нам это ощущение и разрушает схемы. Иоанн Богослов говорил: «Боящийся несовершенен в любви», а если человек несовершенен в любви, то грош цена такому человеку.<\/p>

Лазарев М. И.:<\/strong> Мне очень нравится тема свободы и противопоставления поиска комфорта и свободы. Я считаю, что совсем важные решения принимаются естественно, и только потом приходит осознание того, что ты принял решение. Свобода – удел сильных, слабый человек выбирает комфорт, а не свободу. Сильному хочется испытать себя, для этого ему нужны выбор и свобода, а у слабого получается наоборот.<\/p>

Скулачев А. А.:<\/strong> А ещё есть чудо, когда человек выбирает не сам, а с ним случается чудо. Как писал Пастернак: «застигает мгновенно врасплох».<\/p>

Лазарев М. И.:<\/strong> Действительно, человеческая жизнь унизительно зависит от случая.<\/p>

Давайте подведём итог нашего обсуждения. Мы говорили о том, каким образом литература может быть полезной. На наш взгляд, литература полезна тем, что создаёт и развивает удовольствие понимания. Любой автор предъявляет наблюдаемые события, а по ним уже можно сделать заключение. Удовольствие понимания героя, ситуации – очень важно. Как говорил Аристотель: «Поведение человека направлено на получение удовольствия». В этом нет ничего плохого, потому что у всех разные понятия удовольствия, эта шкала удовольствия определяет человека. Очень важный момент сегодняшней беседы – преодоление страха делать выбор, потому что выбор и есть наша жизнь, пока мы ничего не выбираем – нет свободы. Там, где мы полностью подчиняемся законам, мы неотличимы от других людей.<\/p>"