03. А. А. Ахматова. Творческий портрет. Лирика. Поэма «Реквием»

Биография и творческий путь

Анна Андреевна Ахматова прожила долгую жизнь. Как поэт она получила широкую известность в 10-е годы XX века, но в дальнейшем её жизненный и творческий путь сложился драматично.

Ахматова родилась в 1889 году близ Одессы в дворянской семье. Сразу отметим, что при рождении у поэтессы была другая фамилия — Горенко, фамилия её семьи. Отец Ахматовой служил на флоте инженером, мать будущей поэтессы тоже происходила из семьи морских офицеров.

Ахматова вспоминала, что её детство было «так же уникально и великолепно, как детство всех детей в мире», но это только потому, что дети, по мнению Ахматовой, «не знают, счастливы они или несчастны».

В 1890 году семья вместе с годовалой Анной поселилась в пригороде Петербурга — Царском Селе. Когда пришло время получать образование, Ахматову в 1899 году определили в Мариинскую гимназию. После развода родителей последние два класса она оканчивала в Киеве. По признанию самой поэтессы, сначала она училась плохо, а потом хорошо. Она владела английским и французским, читала на итальянском и немецком языках.

В 1903 году Ахматова познакомилась со своим будущим мужем, известным поэтом Николаем Степановичем Гумилёвым, который был на три года старше неё. После нескольких отказов Ахматова согласилась выйти замуж за Гумилёва. Примерно в это же время, в начале 1900-х годов, в Анне Андреевне проявляется глубокий интерес к поэзии и поэтическое дарование. «Первое стихотворение я написала, когда мне было 11 лет», — позже вспоминала Ахматова. Но когда отец узнал, что дочь начала писать стихи, то попросил не срамить его фамилии. Литературными опытами дочери он не интересовался. Более того, относился к ним с предубеждением, пренебрежительно называя Анну «декадентской поэтессой».

Модернистская поэзия, которая сегодня считается одним из центральных явлений культуры начала ХХ века, тогда далеко не всеми воспринималась всерьёз. «И не надо мне твоего имени», — с вызовом ответила отцу поэтесса. Фамилия семьи была Горенко. Анна взяла себе звучное литературное имя — Анна Ахматова. В то время на литературной арене царили символисты, но в начале 1910-х годов символизм уже постепенно сдавал свои позиции. На смену ему в поэзии пришли акмеизм и футуризм.

В 1911 году Анна Ахматова вошла в поэтическое объединение, получившее название «Цех поэтов». Она сразу же стала секретарём этого объединения. Весной 1912 года внутри «Цеха поэтов» образовалась группа, назвавшая себя акмеистами. Они противопоставили себя символистам и ориентировались на материальность, предметность тематики и образов.

Влияние акмеизма заметно в лирике Ахматовой, в первом сборнике её стихов, получившем название «Вечер» и вышедшем в том же 1912 году. Сборник «Вечер» сделал молодую поэтессу известной всей читающей России. Заметим, что Ахматова не признавала слова «поэтесса» и называла себя «поэт».

«Ахматова, — писал впоследствии Гумилёв, — захватила чуть ли не всю сферу женских переживаний, и каждой современной поэтессе, чтобы найти себя, надо пройти через её творчество».

В том же 1912 году у Ахматовой и Гумилёва родился сын, его назвали Львом. В будущем он станет известным историком и философом.

Марина Цветаева с восторгом отнеслась к поэзии Ахматовой: «Когда молодая Ахматова в первых стихах своей книги даёт любовное смятение строками:

Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки, —

она одним ударом даёт всё женское и всё лирическое смятение… одним росчерком пера увековечивает исконный первый жест женщины и поэта, которые в великие мгновенья жизни забывают, где правая и где левая — не только перчатка, а и рука…»

После успеха сборника «Вечер» спустя два года, в 1914 году, появился её второй сборник, получивший название «Чётки». Известность и значимость Ахматовой как поэта ещё более упрочились.

В 1914 году Германия объявила войну России. Гумилёв отправился на фронт. Ахматова во время войны много пишет. В новый сборник «Белая стая», опубликованный в 1917 году, она включает стихотворения, написанные с 1914 по 1917 год. Первая мировая стала одной из причин переоценки ценностей, меняется мироощущение поэтессы. Любовная тема, которая доминировала в предыдущих сборниках Ахматовой, сменяется гражданским и религиозно-философским пафосом.

Сборник «Белая стая» открывается стихотворением «Думали»:

Думали: нищие мы, нету у нас ничего,
А как стали одно за другим терять,
Так, что сделался каждый день
Поминальным днём, —
Начали песни слагать
О великой щедрости Божьей
Да о нашем бывшем богатстве.

Эти строки понравились Гумилёву. Ахматова однажды призналась: «Без веры нельзя». Вера приобретает особенное значение и в сердцах людей, и в лирике поэтов в тяжёлое время, когда привычная картина мира ломается, когда гибнут и страдают люди. Ахматова описывает не только личные переживания, она обращается к общенародным, общенациональным проблемам: прежде всего это война, а вместе с ней предчувствие близящихся тяжёлых испытаний.

Мандельштам сказал о ней: «Голос отречения крепнет всё более и более в стихах Ахматовой, и в настоящее время её поэзия близится к тому, чтобы стать одним из символов величия России». Тогда мало кто был так прозорлив, как Мандельштам, но время подтвердило не только его правоту, но и удивительную точность его слов.

В начале войны, в 1914–1915 годах, Ахматова живёт то в Петербурге, то в Царском Селе, то в имении мужа Слепнёве. В это время у Ахматовой начал развиваться туберкулёз, которым она болела с детства. Врачи посоветовали поэтессе лечиться в Крыму, но вместо Крыма она уехала в финский санаторий, где ей стало совсем плохо. Ахматова решила вернуться в Петербург и там неожиданно поправилась.

После Октябрьской революции 1917 года Ахматова работала в библиотеке. Её семейная жизнь дала трещину — союз с Гумилёвым распался. В одну из последних их встреч в 1921 году Ахматова сказала Гумилёву: «По такой лестнице только на казнь ходить...» Поэтесса как будто предвидела судьбу своего первого мужа: Гумилёва расстреляли в том же 1921 году. После развала Советского союза выяснилось, что участие Гумилёва в антисоветском заговоре, ставшем причиной расстрела поэта, вызывает сомнения.

Жизнь после революции и Гражданской войны становилась всё беднее и неуютнее. «Последние месяцы, — говорила Анна Андреевна о 1921 годе, — я жила среди смертей. Погиб Коля, умер мой брат и, наконец, Блок! Не знаю, как я смогла всё это пережить!..» В это сложное время Ахматова держалась мужественно, с достоинством переносила невзгоды, хотя временами остро переживала нищету.

Друживший с ней Корней Иванович Чуковский писал: «В её глазах, и в осанке, и в её обращении с людьми наметилась одна главнейшая черта её личности: величавость. <…> Нерушимое чувство уважения к себе, к своей высокой писательской миссии».

В 1921 году выходят ещё два сборника Ахматовой: «Подорожник» и «Anno Domini MCMXXI» (в переводе с латинского — «В лето Господне 1921»). В них получают развитие темы, образы и мотивы из предыдущих сборников, всё так же присутствует любовная и религиозно-философская тематика.

В 1920 году в Доме искусств Чуковский прочёл лекцию под названием «Две России». Он сравнил Ахматову с прошлым России, а Маяковского — с её будущим. Вскоре его выступление было опубликовано, статья называлась «Ахматова и Маяковский». Эта статья сослужила недобрую службу поэтессе. Она надолго определила отношение к поэзии Ахматовой как к прошлому России, а саму поэтессу литературные и прочие недоброжелатели уличили в непринятии советской идеологии с его атеизмом. Напомним, что Ахматова и в жизни, и в творчестве открыто заявляла о вере в Бога.

С 1922 по 1938 год Ахматова жила в гражданском браке с известным искусствоведом Николаем Пуниным. Николая Пунина и сына Ахматовой — Льва Гумилёва — много раз арестовывали.

В 1924 году прошли творческие вечера, на которых Ахматова читала свои стихотворения. Стихи вызвали неудовольствие властей, и последовали репрессии. «Меня перестали печатать в журналах, приглашать на литературные вечера…» — говорила Ахматова. Запрет был негласным и продлился до 1940 года.

В 1939 году на одном из совещаний И. В. Сталин вспомнил об Ахматовой и спросил, почему она не печатается. Ему объяснили, рассказали о 1924 годе. Сталин приказал разрешить ей печататься. Ахматову снова стали печатать, она выпустила сборник, названный «Из шести книг».

Начало и середина 1940-х — тяжёлое время для Ахматовой. Её единственного сына Льва Гумилёва, подвергавшегося арестам и репрессиям в конце 30-х, отправили на фронт. Он воевал до конца войны — до 1945 года. В 1946 году снова началась травля поэтессы. В постановлении секретаря ЦК Андрея Жданова «О журналах “Звезда” и “Ленинград”» её поэзия объявлялась чуждой народу, враждебной ему, а в адрес самой Ахматовой шли уничижительные и даже оскорбительные слова.

В 1949 году снова, уже в третий раз, арестовывают Льва Гумилёва. Ахматова становится изгоем. Её исключают из Союза писателей, перестают печатать, лишают средств к существованию. Положение Ахматовой изменилось после смерти Сталина. В 1956 году освободили сына поэтессы. В конце 50-х власти разрешили Анне Андреевне печататься. Журналы охотно просили её стихи. В 1958 году речь зашла о новом сборнике, вышедшем в 1961 году. Поэтесса завершает «Поэму без героя», над которой работала более 20 лет. В середине 60-х выходят её новые сборники. Молодёжь, с жадностью читавшая ранее запрещённых советской цензурой поэтов, зачитывалась лирикой Ахматовой.

Анна Андреевна Ахматова умерла 5 марта 1966 года и была похоронена в писательском посёлке Комарово в пригороде Петербурга.

Одной из её поэтических надежд был Иосиф Бродский, много общавшийся с ней в 1960-е годы. В 1989 году Бродский написал стихи «На столетие Анны Ахматовой»:

Страницу и огонь, зерно и жернова,
секиры остриё и усечённый волос —
Бог сохраняет всё; особенно — слова
прощенья и любви, как собственный свой голос.

Декадентство. Модернистская поэзия

Декадентство — общее название культурных течений в конце XIX — начале XX века. Для них были характерны кризисные, упадочные, пессимистические настроения, оппозиционность по отношению к традиционной культуре и «мещанской» морали, эстетизация порока. Основные мотивы литературы декадентства — смерть, безнадёжность, ничем не ограниченная свобода личности, крайний индивидуализм, восхищение болезненной красотой.

Модернистская поэзия — явление в литературе конца XIX — начала XX века, для которого характерен поиск нового стиля и формы в стихосложении. Модернизм в поэзии проявился в новых направлениях: символизме, акмеизме, футуризме, экспрессионизме, но существовал и вне их, например поэзия Марины Цветаевой.

Символизм. Акмеизм. Футуризм

Символизм — направление в литературе рубежа XIX–XX веков. В его основе лежит концепция двоемирия, согласно которой весь окружающий мир только тень, символ мира идей. Символ, как неотъемлемая часть художественного текста, всегда многозначен. Для символистов характерна недосказанность, наличие таинственных образов, отсылающих к культурным традициям прошлого.

Акмеизм — течение в русской поэзии 1910-х годов. Он возник из литературной школы «Цех поэтов», которую возглавляли Гумилёв и Городецкий, а секретарём была Ахматова. В круг акмеистов входил также О. Мандельштам. Для акмеистов характерна противопоставленность предшествующему литературному направлению — символизму. Отличительные черты акмеизма: точность, предметность слова, установка на его прямое значение, отказ от мистики.

Футуризм — общее название художественных авангардистских движений 1910-х — начала 1920-х годов, прежде всего в Италии и России. В литературе футуристов интересовало не только содержание, но и форма, появлялись новые слова — неологизмы, смешивались стили, например художественный с разговорным. Футуристы вводили авторскую орфографию, меняли ритм и строение стиха.

Анализ стихотворений А. А. Ахматовой

Тема смерти у Ахматовой, с детства болевшей туберкулёзом, присутствовала в её лирике с самого начала. Лирическая героиня в поэзии Ахматовой имеет сильное автобиографическое начало. В 1909 году, когда поэтессе было всего 20 лет, она написала стихотворение «Хорони, хорони меня, ветер!..». О себе Ахматова пишет в прошедшем времени, как будто смерть уже настигла её:

Я была, как и ты, свободной,
Но я слишком хотела жить.
Видишь, ветер, мой труп холодный,
И некому руки сложить.

Тема смерти проходит через всё творчество поэтессы, а сама смерть часто связана с одиночеством. В стихотворении 1914 года «На Казанском или на Волковом…» возникает та же скорбная тематика:

Ничьего не вспугну веселья,
Никого к себе не зову.
Мне одной справлять новоселье
В свежевыкопанном рву.

Здесь уже нет неопределённости первого стихотворения. Появляется и указание на место, где она хочет быть погребена — Казанское или Волковское кладбища в Петербурге. Есть и время, которое она отводит себе: «Новый мост ещё не достроят / Не вернётся ещё зима…» По-видимому, Ахматова пишет о Дворцовом мосте, реконструкция которого должна была быть завершена в том же 1914 году, когда написано стихотворение, но помешала война, и работу над мостом отложили. Хронотоп — описание места и времени — указывает на понимание возможности скорой смерти и на стоическое отношение к ней: героиня не хочет никого беспокоить своей злой участью. Но, к счастью, вскоре после возвращения в Петербург тяжёлая болезнь отступила, туберкулёз перестал беспокоить Ахматову. Возможность близкой смерти наложила отпечаток на её мировосприятие, пережитый опыт отразился на творчестве поэтессы: научил видеть и переживать по-настоящему страшное, писать об этом.

Иная тематика в стихотворении «Ты знаешь, я томлюсь в неволе…». Летом Ахматова часто ездила в Слепнёво — тверское имение Гумилёва. Образ провинции, деревни — центральный в стихотворении. В лирике Ахматовой этот образ восходит к традиции почвенничества, в основе которого лежит идея сближения образованного человека с народом.

В том же 1913 году она пишет стихотворение «Все мы бражники здесь, блудницы…», в котором изображает петербургскую богему. Напротив, в стихотворении «Ты знаешь, я томлюсь в неволе…» в последних строках появляется обобщённый образ русской женщины, всю жизнь проводящей в труде. У Ахматовой идея труда, постоянной работы находит выражение в определении «загорелые».

Загар в то время воспринимался как признак работающих на солнце людей, бедных, вынужденных зарабатывать на жизнь физическим трудом. Мода на загар пришла чуть позже — в середине 1920-х. До этого бледность считалась признаком принадлежности к аристократии, творческой интеллигенции и высшим слоям общества.

Героиня Ахматовой знает эту печальную женскую долю. Эти «спокойные деревенские бабы» представляются ей настоящими христианками. Их спокойствие контрастирует с рефлексией героини. Возникает отголосок давнего конфликта города и деревни, интеллигенции и народа. Вместе с тем культура деревни близка поэтессе. Для неё, как для христианки, важно присутствие в жизни такого стержня, величественной духовной основы простого народа.

Ещё одна ключевая тема, к которой обращается Ахматова в смутное революционное время, — это тема Родины. Предположительно осенью 1917 года Ахматова пишет стихотворение «Когда в тоске самоубийства…». Заметим, что существует сокращённая версия этого стихотворения. В нём нет первых двух строф и начинается оно словами: «Мне голос был. Он звал утешно…» Мы будем говорить о полном варианте стихотворения. В нём выражена воля поэтессы остаться в России, несмотря на все ожидаемые беды и несчастья. Она скептически отнеслась к перевороту, но не допускала мысли об эмиграции.

Россия для Ахматовой — это не просто название страны, прежде всего это вера, природа и речь. Без них она не мыслила Родину. Патриотизм Ахматовой был близок и другим поэтам, оставшимся в России, — Блоку, Мандельштаму, Пастернаку.

Патриотизм Ахматовой проявляется уже в начале стихотворения, в первых строках: «Когда в тоске самоубийства / Народ гостей немецких ждал…». Ахматова пишет о немцах, побеждающих Россию. Это события осени 1917 года. В этих строках речь идёт о раздававшихся призывах прекратить сопротивляться немцам.

Выйти из коалиции и заключить невыгодный мир с проигрывающей войну стороной, по Ахматовой, подобно самоубийству. Отметим, что большевики, находясь в тяжёлой экономической ситуации, предлагали закончить войну и не хотели заключать мирное соглашение на невыгодных условиях. Далее Ахматова пишет о зовущем её голосе, который соблазняет, подталкивает героиню «оставить Россию навсегда». «Голос», который она слышит, — это голос демона. За отказ от Родины, от своих нравственных убеждений голос обещает забвение грехов:

Я кровь от рук твоих отмою,
Из сердца выну чёрный стыд,
Я новым именем покрою
Боль поражений и обид.

Этот голос напоминает речи лермонтовского Демона, обращённые к Тамаре. У Ахматовой «Я кровь от рук твоих отмою», у Лермонтова «Я опущусь на дно морское» — то же единоначатие, тот же страстный призыв. Но, в отличие от лермонтовской Тамары, героиня Ахматовой ведёт себя иначе. Тамара просит Демона оставить её: «Оставь меня, о дух лукавый! Молчи, не верю я врагу...» Героиня Ахматовой отказывается слушать демонический голос, она спокойна и равнодушна:

Но равнодушно и спокойно
Руками я замкнула слух,
Чтоб этой речью недостойной
Не осквернился скорбный дух.

Для героини эти речи оскорбительны. Но стихотворение многопланово, помимо религиозно-философского плана есть ещё одна трактовка: в строке «Я кровь от рук твоих отмою…» заметна аллюзия на трагедию Шекспира «Макбет». Конечно, Ахматова никого не убивала, поэтому понимать эти строки стоит иносказательно.

А. А. Ахматова считает себя частью России, она готова признать, что вина, грехи России — это и её вина и грехи. В стихотворении преобладает дух патриотизма и глубокое национальное чувство. Эту черту в Ахматовой замечали многие её современники и исследователи творчества поэтессы.

Патриотизм пронизывает поэзию Ахматовой рубежа 10–20-х годов XX века. В стихотворении «Не с теми я, кто бросил землю…», написанном в 1922 году, снова возникает тема Родины, родной земли. Но тема Родины у Ахматовой разнообразна, и каждая строфа в стихотворении содержит особый смысл. Обратимся к началу стихотворения:

Не с теми я, кто бросил землю
На растерзание врагам.
Их грубой лести я не внемлю,
Им песен я своих не дам.

Ахматова называет врагами тех, кто во время войны подталкивал страну к страшному перевороту. Поэтесса не собирается писать восторженные строки о деятелях Февральской революции. После Февральского переворота Россия была под угрозой порабощения. Немцы начали захватывать южные земли, позже установили свою власть в Киеве, планировали наступление на Петроград (это прежнее название Санкт-Петербурга).

Февральские события отразились на состоянии армии, прежде всего — на моральной готовности солдат продолжать войну во время тревожных событий на родине. Вместе с тем не все могли сразу вернуться на родину. Люди, оказавшиеся вне страны из-за хаоса, порождённого революциями, вызывают у Ахматовой сочувствие. Об этих людях, вынужденных изгнанниках, вторая строфа стихотворения:

Но вечно жалок мне изгнанник,
Как заключённый, как больной.
Темна твоя дорога, странник,
Полынью пахнет хлеб чужой.

Многие эмигранты, оставившие Россию после 1917 года, приняли строки Ахматовой за личное оскорбление. Они слышали в её стихотворениях вызов и укор. И надо сказать, небезосновательно. Так, в стихотворении «Петроград, 1919» Ахматова пишет:

Никто нам не хотел помочь
За то, что мы остались дома,
За то, что, город свой любя,
А не крылатую свободу,
Мы сохранили для себя
Его дворцы, огонь и воду.

Поэтесса не питала иллюзий относительно своей судьбы и понимала всю опасность происходящих перемен. В конце стихотворения она замечает:

Иная близится пора,
Уж ветер смерти сердце студит…

В стихотворении Анны Андреевны «Не с теми я, кто бросил землю…» укрепляется мысль о необходимости нравственного выбора в период социальных потрясений. Ахматова была убеждена, что нравственное могущество заключается в мужественном принятии страданий, а не в бегстве от них. Поэтому вторую строфу можно прочесть как укор и жалость к тем, кто оставил Родину.

Третья и четвёртая строфы стихотворения «Не с теми я, кто бросил землю…» развивают тему патриотизма. Ахматова осознала себя голосом современников, поэтесса говорит не только от своего имени, но и от имени поколения, той его части, на которую выпали социальные бедствия. Это подчёркивается местоимением «мы» в третьей строке:

А здесь, в глухом чаду пожара
Остаток юности губя,
Мы ни единого удара
Не отклонили от себя.

Таких людей, добровольно выбравших мученичество, Ахматова называла «китежанами». Их ждали аресты, долгие заключения, постоянные допросы. Поэтессе свойственен стоицизм, она не бежит от страданий и невзгод, а мужественно принимает удары. Но героиня Ахматовой надеется и на воздаяние в будущем. Об этом четвёртая строфа:

И знаем, что в оценке поздней
Оправдан будет каждый час…
Но в мире нет людей бесслёзней,
Надменнее и проще нас.

В позднем творчестве Ахматова вновь обращается к теме патриотизма. В 1961 году она пишет стихотворение «Родная земля». Эпиграф в нём — последние строки из стихотворения «Не с теми я, кто бросил землю…». Совершенно очевидно, что речь идёт о русской земле и её народе.

Патриотическая поэзия становится особенно популярной в 1950–60-х годах, но Ахматовой свойственно отрицание советского патриотизма. Заметна её горькая ирония в строке «О ней стихи навзрыд не сочиняем…».

Пережив войны, революции, репрессии и смерть близких, травлю, ужасы блокадного Ленинграда, голод, смертельную опасность, Ахматова не хочет писать о родине «навзрыд». Поэтесса снова говорит о тех же китежанах — людях, кто чист сердцем и душой, кто не помышляет торговать родиной, мужественно переносит все тяготы и страдания. Патриотизм Ахматовой — это не сентиментальные торжественные оды, а тяжёлый быт, работа.

Да, для нас это грязь на калошах,
Да, для нас это хруст на зубах.
И мы мелем, и месим, и крошим
Тот ни в чём не замешанный прах.

В последних строках «мы» и «родная земля» становятся неделимым целым.

Китеж

Китеж — мифологический город, чудесная судьба которого стала предметом целого цикла русских преданий и легенд. Сказание о Китеже зафиксировано в письменной форме в рукописях XVII–XVIII веков, но родилось гораздо раньше.

По легенде, князь Георгий построил град Большой Китеж близ села Владимирского на озере Светлояр (ныне Нижегородская область). Строительство Китежа было закончено в 1167 году, и город простоял 75 лет до Батыева нашествия. Когда войска Батыя подошли к нему, то, по молению жителей, Китеж стал невидим и будет таковым до пришествия Христова.

Существует три варианта толкования этой легенды:

1. Китеж укрыла земля.

2. Город скрылся в озере Светлояр.

3. Он стоит на месте, но люди в силу своих грехов его не видят.

В народном сознании укрепилась мысль, что храм невидимого града открывается лишь людям праведной жизни и принимает только того, кто идёт к ней путем внутреннего подвига, любви к Богу и ближнему. Таких людей называют китежанами.

Анализ поэмы «Реквием»

Переживания матери, ощущение близости с народом — движущая сила поэмы «Реквием». Её своеобразие состоит в том, что Ахматова говорит не только от лица живущих, но и от лица погибших. Голос Ахматовой становится полифоничен, он включает голоса и арестованных, и их матерей, и уже покинувших этот мир. Пользуясь выражением религиозного философа Павла Флоренского, можно сказать, что Ахматова говорит «за них и вместо них».

Нетрудно также заметить, что в поздней лирике Ахматовой предельно сближены личное и общечеловеческое. Эти черты заметны уже в «Реквиеме»:

Нет, и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл,
Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ, к несчастью, был.

«Реквием» имеет все признаки поэмы: стихотворному тексту предшествует предисловие, далее следует посвящение, затем вступление, основная часть разделена на 10 глав, в конце — два эпилога. При этом в «Реквиеме» отсутствует одна из главных черт поэмы как эпического жанра — последовательный сюжет. Его заменяет событие. Это арест сына и последовавшие за арестом тюремные стояния в очередях. Но в посвящении личное горе скрыто. Ахматова раскрывает ситуацию и адресует посвящение всем матерям, указывает на их горькую участь.

Посвящение сменяется вступлением, в котором поэтесса рисует общую картину ежовщины:

Это было, когда улыбался
Только мёртвый, спокойствию рад.
И ненужным привеском болтался
Возле тюрем своих Ленинград.

В первой части героиня Ахматовой вспоминает арест близкого ей человека, она не скрывает своих горьких чувств. Здесь же появляется исторический план: героиня сравнивает себя с жёнами казнённых стрельцов:

Буду я, как стрелецкие жёнки,
Под кремлёвскими башнями выть.

Во второй и третьей частях Ахматова передаёт состояние героини, появляются мотивы болезни и одиночества из-за пережитых страданий:

Эта женщина больна,
Эта женщина одна,
Муж в могиле, сын в тюрьме,
Помолитесь обо мне.

Героиня находится на грани сумасшествия. В третьей части её образ раздваивается.
Она смотрит на себя как будто со стороны и не может узнать:

Нет, это не я, это кто-то другой страдает,
Я бы так не могла…

С ощущения двойственности начинается и четвёртая часть — героиня вспоминает о молодости через призму нынешних страданий:

Показать бы тебе, насмешнице
И любимице всех друзей,
Царскосельской весёлой грешнице,
Что случится с жизнью твоей —
Как трёхсотая, с передачею,
Под Крестами будешь стоять…

В пятой части героиня обращается к сыну, но её разум замутнён, все прежние ценности подвергаются сомнению:

Семнадцать месяцев кричу,
Зову тебя домой.
Кидалась в ноги палачу,
Ты сын и ужас мой.
Всё перепуталось навек,
И мне не разобрать
Теперь, кто зверь, кто человек,
И долго ль казни ждать.

И только похоронный обряд сохранился в своём постоянном значении:

И только пыльные цветы,
И звон кадильный, и следы
Куда-то в никуда.

В шестой части продолжается та же тема непонимания, продолжаются думы о сыне. Вместе с тем возникают христианские мотивы, появляется образ креста.

Седьмая часть имеет название «Приговор». Здесь возникает мотив окаменения, который рефреном пройдёт через последующие части. Появятся строки «окаменелое страданье», «ученик любимый каменел», и сам образ памятника обычно понимается как нечто незыблемое, каменное.

В восьмой части героиня призывает смерть и рада встретить её в каком угодно обличье. Она жаждет освободиться от ужаса думать о страданиях сына:

Прими для этого какой угодно вид,
Ворвись отравленным снарядом
Иль с гирькой подкрадись, как опытный бандит,
Иль отрави тифозным чадом.

В девятой части речь снова идёт о безумии. Оно манит героиню «в чёрную долину», но героиня понимает, что безумие всё предаёт полному забвению:

И не позволит ничего
Оно мне унести с собою…

Тогда уже не вспомнятся:

Ни сына страшные глаза —
Окаменелое страданье,
Ни день, когда пришла гроза,
Ни час тюремного свиданья…

Десятая часть — «Распятие». Здесь лирически освещается самое страшное испытание: совершается казнь Иисуса Христа. Страдания Христа отражаются в безмолвном страдании Матери. На арест сына и на его судьбу героиня смотрит не только своими глазами, но и очами Богородицы.

В эпилоге Ахматова переходит от символического пласта Священного писания к современности, она обращается к судьбам матерей и включает их в ту же вечность. Она пишет, как страдание меняет людей, как оно отражается на внешности. И молится «не о себе одной»:

Узнала я, как опадают лица,
Как из-под век выглядывает страх,
Как клинописи жёсткие страницы
Страдание выводит на щеках,
Как локоны из пепельных и чёрных
Серебряными делаются вдруг,
Улыбка вянет на губах покорных,
И в сухоньком смешке дрожит испуг.
И я молюсь не о себе одной…

В заключительных строках эпилога Ахматова пишет о страждущих. У них ничего не осталось: их детей отняли, а собственная жизнь стала бесконечным, как эта очередь, страданием. У них есть только память о судьбе близких. Но теперь это их самое большое достояние.

Мотив памяти становится центральным в финальной части «Реквиема». С ним связан и образ памятника. Для Ахматовой памятник становится символом страданий, и если его воздвигать, то на месте, где были пережиты страдания, — у тюрьмы. Это памятник Матери, чтобы никто не мог забыть пережитых ею горестей. И ещё — это памятник тому огромному народному горю, которому Ахматова оказалась сопричастна и голосом которого стала. Таким нерукотворным памятником стал «Реквием».

Ежовщина

Ежовщина — наименование периода во внутренней политике СССР, когда репрессии были резко усилены и доведены до максимума своей интенсивности. Название связано с именем Николая Ивановича Ежова, народного комиссара внутренних дел СССР в 1936–1938 годах.

Массовые репрессии периода ежовщины осуществлялись руководством страны на основании «спущенных на места» Николаем Ежовым цифр плановых заданий по выявлению и наказанию так называемых врагов народа.

Во время ежовщины к арестованным нередко применялись пытки. Не подлежавшие обжалованию приговоры к расстрелу часто выносились без судебного разбирательства и немедленно приводились в исполнение.

Стрелецкий бунт 1698 года

По сведениям российского историка Сергея Соловьёва, казни происходили следующим образом: «30 сентября была первая казнь: стрельцов, числом 201 человек, повезли из Преображенского в телегах к Покровским воротам; в каждой телеге сидело по двое и держали в руке по зажжённой свече; за телегами бежали жены, матери, дети со страшными криками. У Покровских ворот в присутствии самого царя прочитана была сказка: “В распросе и с пыток все сказали, что было придтить к Москве, и на Москве, учиня бунт, бояр побить и Немецкую слободу разорить, и немцев побить, и чернь возмутить, всеми четыре полки ведали и умышляли. И за то ваше воровство указал великий государь казнить смертию”». (Отметим, что сказкой в XVII веке называли документы, официальные показания о чём-либо.)

Список рекомендованной литературы

1. Литература. 11 класс: учеб. для общеобразоват. организаций. Базовый уровень. В 2 ч. Ч. 2 / О. Н. Михайлов и др.; сост. Е. П. Пронина; под ред. В. П. Журавлёва. — 10-е изд., стер. — М.: Просвещение, 2023. С. 153–175.

Дополнительные рекомендованные ссылки на интернет-ресурсы

1. Oбpaзoвaтeльный жypнaл Teкcтoлoгия.py (Источник).

Рекомендованное домашнее задание

1. Ответьте на вопросы:

• Какие образы характерны для лирических произведений А. А. Ахматовой?

• Какова композиция поэмы А. А. Ахматовой «Реквием»?

• В чём смысл названия поэмы А. А. Ахматовой «Реквием»?

2. Составьте конспект урока, выпишите основные литературоведческие понятия.

Список использованных источников: 

Рис. 1, 3, 4. Иллюстратор Шакуртова Ю. А.

Рис. 2. Автор Филимонова Е. С. (И-174В от 01.06.2022 г.)