01. Поэзия И. А. Бродского

И. А. Бродский. Поэт-эмигрант

В последние годы огромную популярность приобрёл поэт, тексты которого невероятно сложны по содержанию. Творчество этого автора стоит особняком в русской поэзии второй половины XX века: оно сильно выделяется плотностью смыслов, замысловатым и оригинальным слогом и множеством интересных метафор и образов.

Этот поэт — Иосиф Александрович Бродский.

Бродский родился 24 мая 1940 года в Ленинграде.

Детство поэта было непростым: оно пришлось на годы блокады, войны; какое-то время будущий писатель жил в эвакуации вместе с матерью в другом городе, домой они вернулись в 1944 году. Бродский окончил 7 классов, после чего бросил школу. В свои 15 лет он начал работать, чтобы финансово поддержать семью. Юноша пробовал себя во множестве профессий: фрезеровщик на заводе, истопник в котельной, матрос на маяке и даже помощник в морге, анатомирующий трупы, — и это всего лишь за два года.

В 17 лет Бродский начинает ездить в геологические экспедиции в качестве рабочего; он побывал на Белом море, в Восточной Сибири, в Якутии. Всё это время он много, даже очень много читает, причём самые разные книги: поэтические сборники, философскую и религиозную литературу.

Примерно в это же время он начинает изучать английский и польский языки, что сыграет большую роль в его самообразовании: прочитанные в оригинале произведения польских, английских и американских поэтов оказали несомненное влияние на его творчество.

В перерывах между экспедициями Бродский знакомится с Евгением Рейном, Дмитрием Бобышевым и Анатолием Найманом. Все они были поэтами, учившимися в Ленинградском технологическом институте (сейчас Санкт-Петербургский государственный технологический институт), а Найман даже являлся последним литературным секретарём Анны Ахматовой. Поэзия и личность Ахматовой имели огромное значение для этого объединения, в которое входил и Бродский, — они даже называли себя «ахматовскими сиротами». В начале 1960-х годов Бродский достаточно много общался с Ахматовой, и она оказала на него большое влияние.

Ахматовские сироты — четверо поэтов из близкого окружения Анны Ахматовой рубежа 1950–1960-х годов, а именно: И. А. Бродский, Д. В. Бобышев, А. Г. Найман и Е. Б. Рейн.

…И на кладбищенском кресте гвоздима,

душа прозрела; в череду утрат

заходят Ося, Толя, Женя, Дима

ахматовскими сиротами в ряд.

Д. В. Бобышев «Все четверо»

В это же время поэт начинает активно писать и даже участвует в «турнире поэтов», где публично читает свои стихотворения.

В 1960 году И. А. Бродский впервые участвует в турнире поэтов со стихотворением «Еврейское кладбище» в ленинградском Дворце культуры имени М. Горького.

Еврейское кладбище около Ленинграда.

Кривой забор из гнилой фанеры.

За кривым забором лежат рядом

Юристы, торговцы, музыканты, революционеры.

И. А. Бродский «Еврейское кладбище»

Стоит отметить, что Бродский писал стихи и до этого — первые произведения он создал, когда ему было около 16–17 лет. Важным импульсом, побудившим его к этому, стали произведения Бориса Слуцкого — поэта, не столь широко известного сегодня, но невероятно важного для своей эпохи.

Оказывается, война

не завершается победой.

В ночах вдовы, солдатки бедной,

ночь напролёт идёт она.

Лишь победитель победил,

а овдовевшая вдовеет,

и в ночь её морозно веет

одна из тысячи могил.

А побеждённый побеждён,

но отстрадал за пораженья,

восстановил он разрушенья,

и вновь — непобеждённый он.

Теперь ни валко и ни шатко

идут вперёд его дела.

Солдатская вдова, солдатка

второго мужа не нашла.

Б. А. Слуцкий

В 1960 году в жизни Бродского начинают происходить события, которые в будущем приведут к его вынужденной эмиграции.

Бродского вызывают на допрос в КГБ как друга Александра Гинзбурга — поэта и создателя одного из первых и наиболее популярных журналов самиздата «Синтаксис».

Самиздат был особым явлением в советской литературе, так как являлся неофициальным способом обрести творческую свободу, опубликовать те или иные тексты, обойдя цензуру.

Самиздатский поэтический альманах, который был основан, редактировался и издавался А. И. Гинзбургом в Москве. Каждый номер альманаха включал 10 авторов, каждый из которых был представлен обычно пятью стихотворениями.

В журнале Гинзбурга публиковался и сам Бродский — его стихотворения были по тем временам слишком индивидуалистическими (то есть осмысливающими как главное качество человека его отчуждённость от других, изначальное одиночество), хотя и не содержали прямой критики советской власти.

Индивидуализм (от фр. individualisme, от лат. individuum — неделимое) — моральное, политическое и социальное мировоззрение (философия, идеология), которое подчёркивает индивидуальную свободу, первостепенное значение личности, личную независимость в рамках конституционного правопорядка. Индивидуализм противопоставляет себя идее и практике подавления личности обществом или государством.

В 1960–1961 годах Бродский приобрёл большую популярность в литературных кругах Ленинграда, он был знаком с писателем, мемуаристом, лингвистом Надеждой Мандельштам — вдовой поэта Осипа Мандельштама, которая, по словам американского слависта Карла Проффера, относилась к Бродскому как старший, несколько обеспокоенный критик, а также с прозаиком, поэтом, критиком Лидией Чуковской — дочерью известного писателя Корнея Чуковского.

В 1963 году Бродский был подвергнут травле. В этот год в одной из ленинградских газет выходит статья о поэте под названием «Окололитературный трутень», где осуждается его «паразитический образ жизни», а также его слишком далёкий выход за рамки советского искусства.

«Очевидно, надо перестать нянчиться с окололитературным тунеядцем. Такому, как Бродский, не место в Ленинграде. Какой вывод напрашивается из всего сказанного? Не только Бродский, но и все, кто его окружает, идут по такому же, как и он, опасному пути. И их нужно строго предупредить об этом. Пусть окололитературные бездельники вроде Иосифа Бродского получат самый резкий отпор. Пусть неповадно им будет мутить воду!»

А. Ионин, Я. Лернер, М. Медведев «Окололитературный трутень»

В 1964 году состоялся суд над Бродским. Это звучит удивительно для современного человека, но поэта осудили за тунеядство (отказ устраиваться на постоянную работу, жизнь за счёт чужого труда) и уклонение от общественно полезного труда.

В то время существовал соответствующий указ президиума Верховного совета РСФСР. За судом последовало принудительное обследование поэта в психиатрической больнице, где он ранее состоял на учёте из-за невротических проблем, достаточно губительных для нервной системы, но совсем не мешающих жить в обществе и тем более писать стихи.

Верховный Совет РСФСР — высший орган государственной власти РСФСР в 1937–1990 годах. Одновременно с 1937 по 1993 год являлся законодательным органом РСФСР/Российской Федерации.

Заключение в психиатрической больнице на три недели сам поэт считал одним из самых тяжёлых периодов в своей жизни. Приговором стал пятилетний труд в отдалённой местности.

Бродского этапировали в деревню Норинская Архангельской области, где он должен был трудиться в совхозе «Даниловский». Удивительно, но о пребывании в Норинской Бродский вспоминал: «Один из лучших периодов в моей жизни. Бывали и не хуже, но лучше, пожалуй, не было».

Суд и его легитимность

В РСФСР существовал указ, согласно которому те, кто не работал более четырёх месяцев в году и жил на нетрудовые средства, подвергались выселению в специально отведённые местности на срок от двух до пяти лет с привлечением к труду по месту поселения.

Но суд над Бродским расценивался многими биографами, историками и юристами как проявление произвола власти, при этом отмечалась политическая подоплёка дела, связанная с государственной травлей.

Об этом пишет, например, крупный биограф Бродского Лев Лосев в книге «Иосиф Бродский: опыт литературной биографии», а также историк Ольга Эдельман в работе «Процесс Иосифа Бродского». Суд над поэтом стал невероятно резонансным событием, которое обсуждается и по сей день.

«Как специалисты в области поэзии и поэтического перевода они* пытались доказать суду, что сочинение и переводы стихов действительно являются нелегким трудом, требующим особого таланта и профессиональных знаний, что эту работу Бродский делал квалифицированно и талантливо. Все трое были знакомы с молодым поэтом и отзывались о нём тепло и с уважением»

Л. В. Лосев «Иосиф Бродский: опыт литературной биографии»

*«Они» — это поэт Н. И. Грудинина и два профессора-филолога из педагогического института им. Герцена, известные переводчики с европейских языков Е. Г. Эткинд и В. Г. Адмони.

Анна Ахматова, присутствовавшая на втором суде Бродского, иронично отметила яркость и необычность всей этой истории, сказав: «Какую биографию делают нашему рыжему! Как будто он кого-то нарочно нанял».

Немаловажен факт, что уже в 1965 году судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда СССР снизила срок высылки до 1 года 5 месяцев и освободила Бродского по отбытому сроку.

Эта же коллегия аннулировала ещё одно решение нарсуда Ленинграда — вынести частное определение в отношении поэта Натальи Грудининой, литературоведа Ефима Эткинда и филолога-германиста Адмони Вольфа. Они выступили свидетелями в защиту Бродского, за что подверглись распеканию на страницах газет.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР пришла к выводу, что Грудинина, Эткинд и Адмони высказывали лишь своё личное мнение и только о работах Бродского по переводу стихов иностранных авторов, опубликованных в печати, и на этом основании характеризовали его как талантливого переводчика.

Ссылка совершенно не помешала поэту заниматься делом всей своей жизни — сочинительством. Бродский изучает английскую поэзию, особенно творчество Уистена Одена — оно окажет огромное влияние на поэта. В это же время Бродский публикует свои стихотворения в эмигрантских изданиях.

1960-е годы стали для поэта временем невероятно продуктивного труда: в это время создаются стихотворения «Остановка в пустыне», «Конец прекрасной эпохи», «Новые стансы к Августе». При этом тексты Бродского публикуются за рубежом не только на русском, но и на английском, польском и итальянском языках.

В 1972 году Бродскому пригрозили новыми арестами и допросами, если он не эмигрирует. Перед эмиграцией Бродский успел утвердить и одобрить самиздатовское четырёхтомное собрание сочинений — первое собрание, вышедшее в СССР, пусть и неофициально. Бродский, что является невероятным, стал признанным классиком ещё при жизни.

Сначала он направился в Лондон, где познакомился с Оденом; английский поэт ввёл Бродского в литературные круги Британии.

Однако бо́льшую часть жизни Бродский всё-таки провёл в США, преподавая литературоведческие дисциплины в Мичиганском, а также в Нью-Йоркском и Колумбийском университетах.

Окончивший лишь неполные 8 классов средней школы, Бродский занимал профессорские должности в шести университетах, причём и в американских, и в британских — всё это благодаря долгим годам самостоятельного изучения и чтения литературы и, конечно, благодаря незаурядному таланту.

В Англии и США Бродский продолжает писать стихи на русском, к этому периоду творчества относится его знаменитое стихотворение «Колыбельная трескового мыса».

Также он обращается к жанру эссе — их он пишет на английском.

Среди текстов этого жанра можно выделить «Меньше единицы», а также эссе «Полторы комнаты», посвящённое воспоминаниям поэта о Ленинграде и позднее даже экранизированное.

В 1987 году Бродский получает Нобелевскую премию по литературе «за всеобъемлющую литературную деятельность, отличающуюся ясностью мысли и поэтической интенсивностью».

Здоровье поэта, к сожалению, ухудшалось. Ещё в период своей советской ссылки он пережил сердечный приступ, а уже перед эмиграцией и во время неё перенёс три инфаркта. Спустя два года после последнего из них Бродский скончался от остановки сердца, прожив всего 55 лет.

Стихотворения

В ссылке поэт написал много стихотворений, одно из них, созданное в 1964 году, — «В деревне Бог живёт не по углам…». В этом тексте описывается деревенский быт, где главной фигурой является Бог. Несмотря на то что сам Бродский был атеистом, что заявлено и в финальных строках стихотворения, отношение к религии, выраженное в тексте, скорее добродушное.

Атеист — сторонник атеизма, человек, не верящий в существование Бога или отрицающий существование Бога, богов или любой другой высшей сущности, управляющей миром.

По мнению лирического героя, Бог — это не просто иконы в красных углах дома:

В деревне Бог живёт не по углам,

как думают насмешники, а всюду.

Он освящает кровлю и посуду

и честно двери делит пополам.

В деревне Он — в избытке. В чугуне

он варит по субботам чечевицу,

приплясывает сонно на огне,

подмигивает мне, как очевидцу.

Напротив, вся жизнь в деревне, максимально естественная и приближённая к древним временам, весь ход этой жизни определяется божественным началом. Бог здесь активно участвует даже в самых мелких бытовых делах, например в приготовлении чечевицы или установке изгороди.

Такая метафора позволяет раскрыть образ Бога как некой всеобщей высшей силы, которая не является в строгом смысле христианской — к ней примешивается и языческий элемент. Бог как будто выполняет функции домового, помогая, например, поддерживать огонь. Для лирического героя важен не столько конкретный Бог, сколько общее присутствие высшей силы, которая наполняет деревенскую жизнь и руководит ею. Именно поэтому божественное продолжает жить в деревнях, даже несмотря на запрет религии в советское время.

Язычество — это общее название древних религий, характерной особенностью которых, в отличие от монотеистических религий, таких как христианство и ислам, является многобожие.

Особое место в творчестве Бродского занимают рождественские стихи. Хотя поэт и был атеистом, такие тексты он создавал почти к каждому Рождеству. Среди подобных произведений можно выделить «Рождественский романс». Стихотворение, на первый взгляд, кажется непонятным: один образ плавно перетекает в другой, а читателю нужно попробовать обосновать этот переход для себя.

Плывёт в тоске необъяснимой

среди кирпичного надсада

ночной кораблик негасимый

из Александровского сада,

ночной фонарик нелюдимый,

на розу жёлтую похожий,

над головой своих любимых,

у ног прохожих.

Так, стихотворение начинается с описания кораблика, плывущего по Александровскому саду в Москве. Строки, подходящие для буквального описания кораблика, в остальных стихах приобретают метафорическое значение. Строка «Плывёт в тоске необъяснимой» является в тексте связующим рефреном (то есть повторяющимся стихом). Использование такого приёма позволяет, во-первых, изобразить единство, гармонию всех явлений и событий, происходящих вокруг лирического героя. Каждый описываемый человек так или иначе «плывёт», то есть плавно перемещается, испытывая тоску. Заметим, что эта характеристика применима не столько к персонажам текста, сколько к самому лирическому герою: именно для него всё вокруг кажется печальным и тоскливым, именно в его сознании все люди как будто плывут:

Плывёт в глазах холодный вечер,

дрожат снежинки на вагоне…

Образы плывущих предметов и людей являются частью развёрнутой метафоры «городского моря». В свете такого образа становится понятно, что же такое «негасимый кораблик» в первых стихах — это череда фонарей в Александровском саду, чей свет будто сливается в глазах лирического героя.

Во-вторых, рефрен помогает придать тексту дополнительную музыкальность, соответствующую жанру романса как, в первую очередь, небольшого музыкального произведения.

Интересно при этом, что рождественский мотив реализуется в стихотворении с помощью образа Нового года.

Твой Новый год по тёмно-синей

волне средь шума городского

плывёт в тоске необъяснимой,

как будто жизнь качнётся снова,

как будто будут свет и слава,

удачный день и вдоволь хлеба,

как будто жизнь качнётся вправо,

качнувшись влево.

С одной стороны, рождение Христа (Рождество) предполагает начало нового года в его жизни и, соответственно, нового мира для всех остальных людей. С другой стороны, Новый год является началом новой жизни для конкретного лирического героя, вступающего в лучший этап на своём пути.

Одним из автобиографических текстов в поэзии Бродского является стихотворение «Я входил вместо дикого зверя в клетку…».

Я входил вместо дикого зверя в клетку,

выжигал свой срок и кликуху гвоздём в бараке,

жил у моря, играл в рулетку,

обедал чёрт знает с кем во фраке.

С высоты ледника я озирал полмира,

трижды тонул, дважды бывал распорот.

Бросил страну, что меня вскормила.

Из забывших меня можно составить город.

Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна,

надевал на себя что сызнова входит в моду,

сеял рожь, покрывал чёрной толью гумна

и не пил только сухую воду.

Я впустил в свои сны воронёный зрачок конвоя,

жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок.

Позволял своим связкам все звуки, помимо воя;

перешёл на шепот. Теперь мне сорок.

Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.

Только с горем я чувствую солидарность.

Но пока мне рот не забили глиной,

из него раздаваться будет лишь благодарность.

В этом произведении лирический герой, почти тождественный автору, описывает свой жизненный путь, осмысляя его. Мы видим здесь изображение эпизодов из жизни самого Бродского, например его ссылку и заключение в тюрьме «Кресты»:

Я входил вместо дикого зверя в клетку,

выжигал свой срок и кликуху гвоздём в бараке…

В этих строках лирический герой противопоставляет себя дикому зверю, которого сажают в клетку — то есть в тюремную камеру. Здесь проступает неочевидная отсылка к стихотворению «За гремучую доблесть грядущих веков…»  Осипа Мандельштама, чья поэзия оказала значительное влияние на Бродского.

Приведём в пример те строки, к которым отсылает текст Бродского:

Мне на плечи кидается век-волкодав,

Но не волк я по крови своей.

Запихай меня лучше, как шапку, в рукав

Жаркой шубы сибирских степей.

Подобно лирическому герою Мандельштама, герой Бродского противопоставляет себя дикому животному.

В то же время современность (иными словами, государство) представлена как ограничивающая свободу сила: у Мандельштама это век-волкодав, желающий погубить поэта, у Бродского же этот мотив представлен более скрыто и проявляется только тогда, когда мы вспоминаем о тексте его предшественника.

Эта связь не случайна: и Мандельштам, и Бродский были осуждены по политическим причинам и находились в ссылке, пусть ссылка Бродского и была более мягкой, чем работы в трудовом лагере Мандельштама.

Путь Бродского как личности и поэта, представленный в этом тексте, во многом трагичный и тяжёлый: ему пришлось эмигрировать из родной страны, впускать в сны «воронёный зрачок конвоя», то есть вспоминать о страшном периоде тюремного заключения и ссылки в ночных кошмарах, но при этом не отчаиваться и продолжать жить. В этом проявляется стоическая позиция поэта, предполагающая твёрдость и мужество в перенесении жизненных испытаний:

Но пока мне рот не забили глиной,

из него раздаваться будет лишь благодарность.

Лирический герой Бродского уверен, что, несмотря на ужасные трудности, он будет чувствовать благодарность за всё, что ему было дано в жизни.

Поэзия Бродского, разнообразная и сложная по своему содержанию, открывается читателю постепенно. Чем больше будет его эрудированность, чем глубже знакомство с другими произведениями, тем более доступна станет эта завораживающая поэзия.

Список рекомендованной литературы

1. И. А. Бродский. Стихотворения

2. Литература : 11-й класс : базовый уровень : учебник : в 2 частях. Ч. 2. / О. Н. Михайлов, И. О. Шатанов, В. А. Чалмаев [и др.] ; составитель Е. П. Пронина; под редакцией В. П. Журавлёва. — 11-е изд., стер. — Москва : Просвещение, 2023. С. 349–358.

Дополнительные рекомендованные ссылки на ресурсы сети Интернет

1. Интернет-портал culture.ru (Источник)

2. Интернет-портал arzamas.academy (Источник)

3. Интернет-портал fipi.ru (Источник)

Рекомендованное домашнее задание

1. В чём заключается необычность поэзии И. А. Бродского?

2. Как вы понимаете слова из стихотворения И. А. Бродского: «Но пока     мне рот не забили глиной, // из него раздаваться будет лишь благодарность?

3. Составьте конспект, записав в тетрадь основные тезисы урока.

Список использованных источников

Рис. 1. Иллюстратор Шакуртова Ю. А.

Рис. 2. Источник: wikipedia.org / название: Alexander Ginzburg 1980 / атрибуция: public domain, автор: Bogaerts, Rob / Anefo